Подошла Шандар. Она молча рассматривала меня, словно видела в первый раз, потом сняла с шеи цепочку с серебряным ножом и вложила мне в руку. Невероятный подарок! Это равнозначно тому, как человек отдаст сердце.

Только один человек всё не решался подойти - Рустам. Он мялся, то порываясь сделать шаг, то останавливаясь, теребил лацканы непривычной для него одежды, начинал говорить и замолкал.

Я улыбнулся и шагнул к нему, распахивая объятия.

Рустам открыл ладони и протянул руки мне навстречу.

Странное существо цеплялось суставчатыми ножками за пальцы Рустама. Ножки были лаково-черными, на спинке трепетали тонкие стрекозиные крылышки, а тельце горело ярко-оранжевым огоньком. Я несмело коснулся его пальцем и почувствовал сильный жар, исходящий от оранжевого комочка.

– Это что? Это мне? - бессвязно пробормотал я.

Внимание гостей сосредоточилось на Ольге. Мы с Рустамом будто одни стояли в высоченном зале с расписанными золотом колоннами и зеркалами, в которых отражался яркий оранжевый живой огонек. Чудо какое!

Я не знал - что такое дарит мне Рустам. Но, глядя на ломкое существо у него в руках, мне хотелось смеяться и плакать, обнять весь мир и сделать его счастливее, и никогда, никогда не расставаться с подарком.

– Возьми тирби-тиль. Она одна. Последняя, - Рустам моргнул, и по щеке покатилась слеза.

– Но что с ней делать? Зачем она? - я всё задавал и задавал бессмысленные бесполезные вопросы, не замечая никого и ничего вокруг.

– Это - счастье. Живое счастье.

Я протянул ладонь, и тирби-тиль аккуратно переползла на мою руку, легонько щекоча маленькими коготками.

Светло и радостно. Солнечные блики отражаются в зеркалах, кружась в хороводе. Ольга бежит ко мне, мы с ней крепко обнимаемся, я целую ее, и уже никто не может меня отвлечь от этого наиглавнейшего дела. Ни Рустам, с грустной улыбкой стоящий рядом, ни Шандар, внимательно оглядывающая зал в поисках потенциальных врагов, ни Олины друзья, радостно кричащие и разливающие по бокалам пенящееся вино.

Ни отряд местных сил усмирения, врывающийся в зал.

Я закрываю глаза.

Ничего нет.

Темнота.

И единственное неистовое желание - чтобы исполнилась мечта.

Планета-мечта.

ЧАСТЬ 2. Фиолетовый

1. Сиба

Пронзительный писк, и только порыв ветра от взмаха оперенной лапы прошелся по лицу.

Шандар прикрыла глаза.

Любимое развлечение пернатых ящериц - внезапно вылетать из-под ног случайного путника, пугая его внезапными криками. Когда прохожий от неожиданности падает или садится в топкую грязь сибского болота, это жутко забавляет ящериц. Они возвращаются, планируя и судорожно взмахивая лапами, цепляются за корявые стволы дендра и мерзко пищат, будто хихикают.

Зель держала лицо. Хотя кому это нужно здесь, в этом мрачном месте? Где коричневая трава и сиреневая листва шаро-деревьев на фоне фиолетового неба, затянутого рябью безжизненных серых облаков, вгоняла в тоску Шандар, привыкшую к зеленому и синему.

Переступив с ноги на ногу, зель зябко обхватила плечи руками. Даже вода в этом негостеприимном мире чужая. Тяжелая и холодная. Она не держит на себе, а тянет вниз, стремясь удержать всё, что в нее попало.

Шандар ухватилась за край наплавной дорожки, подтянулась, с трудом выдрала из топи затянутые в черный гель ноги и уселась тут же.

Это не выход - отдаться на волю чувств, забыть о долге и о кодексе. Тебя наняли на работу. Тебе вменили в обязанность защищать человека. А ты не справилась. Где человек? Кого защищать? Как найти его?

Наверно, он уже взял другого защитника. Который справляется с работой лучше нее. А она - не нужна. Теперь не нужна.

Значит, нужно пытаться найти другого нанимателя. Но сначала отыскать Илью и узнать у него лично - действительно ли не требуются ее услуги. Где бы он не был, что-либо выяснить можно лишь в информатории. А информатории просто так по болотам не расставлены. Надо выходить на местных жителей.

Шандар припомнила, что она знала о Сибе. Планета-заповедник, где количество поселений - минимально. И то лишь для предотвращения вмешательства в дела планеты. Здесь даже биологической станции нет, как и космического лифта. Но для нее не всё так безнадежно, как кажется. Наплавные дорожки пролегают лишь там, где ходят люди. Так что если идти по ней, то рано ли, поздно ли, но до людей доберешься.

Лучше - раньше. Скоро организму потребуется пища и вода. Анализ - почему и как она оказалась здесь, придется отложить на потом. Когда условия существования перестанут угрожать жизни.

На двух холмах расположились несколько вызывающе красных металлоидных боксов первой высадки. В низине ездил бульдозер, неторопливо срезая грунт и разравнивая площадку. По краям, на еще не подключенных секциях силового барьера, сидели ящерицы и возмущенно пищали, всякий раз подпрыгивая, когда тяжелая техника проезжала рядом.