– Может, как-нибудь в перьях вываляем?

– Если сперва обмажем медом… Тарнат в них будет еще важнее.

А чародей проводил птеринга долгим взглядом, в котором неудовольствие странно смешалось с восхищением.

– Удивительный народ, – сказал он. – Живут на вершинах гор, куда не добраться ни зверям, ни людям. Издавна посматривают на то, что внизу, много знают как о людях, так и о других расах…

– На вершинах гор у них и гнездилища? – спросил Страг.

Чародей кивнул.

– Не совсем на вершинах, но близко. Там достаточно пещер, но птеринги устаивают гнездилища, как ты и говоришь, и на открытых небу местах. Хотя это давно уже не гнездилища, а просторные и уютные жилища.

Страг пнул камешек у носка и сказал медленно:

– Это тролли да гоблины не доберутся, как и гномы… а люди сумеют.

– Птеринги не выносят чужих рядом, – предупредил чародей.

– Придется выносить, – обронил Страг меланхолично. – Или не жить. Люди, как тут все твердят, не мудрые гоблины. Мы молодая раса… А это значит, у нас все просто.

– И быстро, – добавил Виллейн с иронией. – Без мудрствований.

– Мудрствования, – согласился Страг, – шаг к увяданию.

Теонард отступил от входа вовнутрь башни, его гостья проплыла мимо, почти не касаясь пола. Она подняла на арбалетчика тяжелый, как гора, взгляд. Тот сглотнул, но сделал вид, что совершенно не страшится новой Хранительницы.

– Нижний этаж заняли Страг и Лотер, – предупредил он. – Так что нам лучше подняться вверх.

– Прекрасно, – ответила банши, – обожаю старинные башни, винтовые лестницы, заросшие паутиной, потайные переходы…

Глава 12

Утром третьего дня почти все проснулись на рассвете, стянулись на площадку между башней Теонарда и деревом Каонэль, Страг быстро и умело развел костер, горгулья ненадолго отлучилась, а когда на землю упала плотная тень, быстро вырастающая в размерах, Страг сразу крикнул:

– Бросай сюда!.. Гнур, покажи, как гоблины разделывают добычу!

Аэлло сказала задиристо:

– Подумаешь!.. Я могу и быстрее.

Буквально через пять минут она вернулась из леса с косулей в когтях, но все равно горгулья, хоть и пробыла в лесу дольше, принесла двух молодых и упитанных оленей, что признали несколько более ценным вкладом в сытный завтрак.

– Может быть, – сказала Каонэль с надеждой в голосе, – они не такие злые, как нам показались?.. Может быть, вообще проедут мимо, нас не тронут?

Тарнат буркнул:

– Обожаю красивых женщин. С ними чувствую себя таким гигантом мудрости!

– Ну вот и хорошо, – сказала Каонэль слишком уж кротко, – защищать нас будете, такие могучие и сильные!

Лотер покосился на нее с подозрением, эльфийка совсем недавно дралась яростно и самоотверженно, не отступая, а противниками были не какие-то вшивые кочевые дикари, а могучие огнетролли, но промолчал, – у женщин в их куда более богатом, чем у мужчин, оружейном арсенале есть еще и лесть, хитрости, умение прикинуться беззащитными овечками.

Место вчерашнего костра покрыто толстым одеялом пепла, тахаш дунул так, что взвилось целое облако и унеслось в сторону леса, а он высыпал в середину целых ворох сухих сучьев.

– Мне сон не нужен, – сказал он кратко. – А вот огонь…

Костер разгорелся жаркий и длинный, а когда закончили разделывать туши, поленья распались на багровые угли. Тарнат, гордясь умением работать с огнем, голыми руками выловил догорающие сучки, что дымками портят прекрасную картину пурпурного и такого бугристо-прекрасного ковра углей, небрежно отбросил в сторону.

– Готово!

Теонард и Страг первыми воткнули в землю прутики с нанизанными ломтями мяса, амазонки сделали то же самое, только Аэлло и горгулья смотрели с презрительным интересом, – гораздо проще любого зверька ухватить и пожирать его еще живую трепыхающуюся плоть.

Аромат жареного мяса потек от костра во все стороны, Страг на правах умельца, определяющего готовность по меняющемуся цвету поджариваемого мяса, начал выдергивать из земли прутики.

Первыми протянул Каонэль и Селине, те приняли с благосклонными улыбками, Эвриала тоже поблагодарила кивком, с манерами знакома, амазонки поглядывали на них с покровительственным пренебрежением, настоящие сильные женщины в мужской заботе и опеке не нуждаются и от мужчин не зависят.

Страг заметил, что те, кто провел ночь в башне Теонарда, и сели у костра вместе, они с Лотером, Брестидой и банши, сам Теонард с Эвриалой, эти двое предпочли самый верхний этаж, хотя и там пусто, а все, кто устроился на дереве Каонэль, наговорившись за ночь, тоже сидят компактной кучкой: сама Каонэль, Аэлло, Мелисс и даже Керкегор, а остальные, что спали у затухающего костра, расположились вразнобой, но привычно соблюдая дистанцию между враждующими расами, мелкинд на противоположном конце от гоблина, а гном на ночь уходил в свои подземные апартаменты.

Теонард ел красиво и неспешно, сейчас пора блюсти позабытые за тяготами жизни манеры, смаковал даже, наслаждаясь мужским завтраком. Но Страг рядом заметил, что Теонард часто поглядывает на далекую фигуру Грагрха.

Каменный великан еще вчера опустил голову на грудь и погрузился в глубокий сон, ставши неотличим от скалы, вросшей в землю.