Читаем Циклопедия полностью

— Но ведь пальцем-то кто-то щелкнул! — настаивал чревовещательный бас. — Я, знаете ли, не такой глупый! Когда щелкают пальцами, да еще зовут, мол, приди, Миша, я сразу прихожу! И не надо строить постные физиономии, словно ничего не знаете! Кто щелкал, спрашиваю? Хотя стойте, я и сам вижу, кто! Ирдик! Ну зачем скрываться? От правосудия не скроешься! Все равно ведь вычислил бы и распял на ближайшем дереве! Был у меня один знакомый, тоже любил пальцами щелкать. Дедок Бесноватый его звали. Правда, это у него не прихоть была, а самая настоящая болезнь то ли Пениксона, то ли Пумперсона… неважно, впрочем. Суть в том, что он щелкал пальцами каждые полчаса! Я только вздремнуть лягу, как слышу — зовет. Ну я, как всякий порядочный чревовещательный бас, к нему, значит, а он, сволочь этакая, спит и в ус не дует. А пальцами щелкает! Ну, он так недельку пощелкал, а потом я кое-кому пожаловался, и этот кое-кто прилетел из ада со своим трезубцем и забрал Дедка к себе на перевоспитание! Теперь, знаете ли, не щелкает! Только глаз у него дергается, нога левая заплетается, челюсть дрожит, и седой весь стал, а так, как живой! Не поверите!

— Не поверим, — мрачно согласился Яркула. — Миша, раз уж ты появился, можно тебя попросить…

— Вытащить вас из платного туалета, увы, не могу, — сказал Миша Кретчетов. — Не в моей компетенции! Да и дорого это. Я недавно цены поднял на предсказания и чревовещания, теперь общаюсь исключительно с элитой. Жен Тьмы недавно приходил, спрашивал, что ему делать с крокодилом!

— С крокодилом? — невольно вырвалось у меня.

— Ну да. Свет, супруга Жена, недавно привезла из командировки настоящего живого крокодила по кличке Мороженов-Палочкин. Жен посадил его в стеклянный аквариум на двести литров и поставил аквариум на кухне. А крокодил ночью вылез, покусал маленького бульдога по кличке Бульдок, засел в комоде и никого туда не пускал. А у Свет в комоде, между прочим, набор посуды хранится и вилки с ложками. Они всей семьей после этого руками ели и без тарелок! Вот Жен и интересовался, как ему быть.

— И что ты посоветовал? — спросил заинтересованно Яркула.

— Не рыпаться! — ответил чревовещательный бас. — Крокодил ночью вылез на охоту, нечаянно встал на крышку подвала, успешно ее проломил своим весом, грохнулся вниз и канул в неизвестность. Теперь, говорят, ползает по подвалам замка Тьмы и охотится на сантехников, которые там живут. Из шестерых, говорят, двоих уже сожрал, а одного засушил на черный день. Правда, Свет панически боится в подвал спускаться, а у нее там закрутки стоят с лета.

— А если мы много заплатим? — спросил Яркула, впрочем, без особой надежды. — Не зря же Ирдик тебя вызвал!

— И не надейтесь! Я вообще по субботам не работаю!

— Араб? — удивился я.

— Принципиально не работаю! — сказал чревовещательный бас, — А национальности у меня нет, я же бесплотный!

— Но ведь сегодня среда!

— И по средам тоже не работаю! — быстро нашелся Миша Кретчетов. — Я вообще прилетел посмотреть, как ваши бренные тела пойдут на корм циклопам! Их становится все больше и больше. Скоро они решатся на штурм. От туалета не останется ни досточки. А от вас ни косточки! Ха! Здорово я пошутил? Аж самому приятно!

— Очень смешно, — оскалил зубы Яркула. — Ну тогда хоть советом помоги. Косвенным.

— Косвенным могу, — подумав, согласился Миша Кретчетов. — За сто долларов.

— А как же дзены? — удивился Ирдик.

— Доллары по курсу дороже! — весомо заметил Миша Кретчетов из-под стола.

— Но у нас только дзены!

Из книжных полок раздалось едва слышное дыхание. Потом Миша сказал:

— Ладно, давайте сюда свои дзены! С вами поведешься, научишься брать любые деньги, хоть тугрики!

Ирдик с готовностью выудил откуда-то пачку разноцветных бумажек, перетянутых резинкой, и подкинул их в воздух. Пачка, не долетев до потолка, исчезла.

Наступила напряженная тишина. Шаман за окном слез с лавочки и собрал вокруг себя нескольких циклопов. Они то и дело бросали в сторону туалета полные ненависти взгляды. Чтото будет… Наверное, точно на штурм собрались!

— Миша? — спустя минуты две спросил Ирдик. — Миша, ты тут?

— Не мешайте, я считаю! — раздалось в ответ из угла, где храпел Саныч.

— Сто дзенов считаешь?

— Ты думаешь, у меня тут только твои жалкие сто дзенов? Я одновременно работаю с десятком людей и десятком нелюдей! — гордо сказал чревовещательный бас Миши Кретчетова. — А будешь мешать — вообще ничего не скажу!

— А ты сейчас скажи, а потом считай!

— А если там не сто дзенов? Нет уж, потерпите!

Мы стали молча терпеть. Я прильнул к окну. На улице темнело уже не просто стремительно, а с фантастической скоростью. Еще минут пять, и станет совсем темно…

— Как же они узнали, что мы находимся в туалете? — пробормотал я, оглядывая окрестности. Везде, куда ни глянь, шлялись циклопы в плащах и шляпах. Теперь их было, пожалуй, не меньше сотни…

И тут я увидел Мусорщика!