Читаем Циклопедия полностью

Я не допрыгнул. Рухнул на живот и проехался по кафелю, чувствуя, как натягивается на груди рубашка. Доехал до двери и врезался в нее боком. Похоже, с той стороны меня не очень ждали, потому что дверь поддалась легко. Щель исчезла, вместе с тенью и снегом. А с улицы раздался характерный звук падающего тела. Вдобавок чей-то писклявый голосок грязно выругался. Я вскочил на ноги, провернул замок и удовлетворенно похлопал руку об руку.

Из комнатки показался взволнованный граф Яркула.

— Шестьдесят девять! Они все прибывают и прибывают… А ты зачем раздеваешься?

— Двери закрывал! — ответил я, спешно заправляя рубашку в штаны и натягивая свитер едва ли не до колен. — Они не собираются нападать?

— Хуже. Похоже, они собираются держать нас здесь, пока мы не вылезем сами.

— Откуда ты знаешь?

— Погляди сам.

Я вернулся в комнатку. Место около окна оккупировал Ирдик со стулом. Мы же с вампиром пристроились за его могучими плечами.

Циклопов действительно стало намного больше. Они сидели на лавочках в парке, прогуливались вдоль ларьков, рассматривали витрины магазинов. Примечательно, что обычные люди проходили мимо них, словно ничего не замечали. Людей вообще было немного, и это в разгар обеда! Да и машин на дороге поубавилось! Только одна проехала за все время, пока мы стояли у окна. А ведь центральная улица!

Кант, зажатый между циклопами в шляпах, держал в руках небольшой плакат, на котором большими печатными буквами было написано:

«СДАВАЙТЕС ТАК ИЛИ БУДИМ ГОЛОДАТЬ».

Перчатки лежали у него на коленях.

— А почему они не нападают?

Яркула пожал плечами.

— Боятся нас, я думаю. Мало ли что им Кант рассказал.

— Но их же миллионы!

— Пока только… мм… восемьдесят один, — не оборачиваясь, сказал Ирдик. — Потушите кто-нибудь свет. Им нас видно.

Я пошел к выключателю и погасил лампы. В комнатке стало темно и мрачновато. Хмурое зимнее небо довольно скупо раздаривало солнечные лучи.

— Но они маленькие и не воинственные! А мы с джинном как-никак хищники! Кровью питаемся и овощами!

— А я люблю лапшу «Доширак», — сказал Ирдик. — С курицей.

— Вот поэтому они и не нападают. Думают заморить нас голодом!

— Но мы же можем сотворить сколько угодно еды! — сказал я.

— Мы можем, — поправил меня Яркула. — У тебя не получится сотворить даже колбасные обрезки! И с водой проблема. Водного заклинания я не знаю, и Ирдик тоже! К тому же у меня застарелая болезнь — клаустрофобия. Если я пробуду в этой комнате еще два с половиной часа, у меня начнется приступ! — Яркула почесал подбородок, — А может, и через час. Последний припадок был у меня две ночи назад. Спать в гробах с клаустрофобией, скажу я вам, такая пытка! Каждый час просыпаюсь от приступов! Приходится вылетать, дышать свежим воздухом, а то проглочу свой собственный язык, и все!

— Ладно, допустим, вы не можете колдовать воду. Но воды же здесь море! Шесть унитазов и шесть кранов! Пей не хочу! А еще вы можете превратиться в дракона, медведя, я не знаю, в Годзиллу, наконец!

— Для этого простор нужен! — заметил Ирдик. — А с водой ты прав. Тогда я не понимаю, в чем смысл?

Я вновь посмотрел в окно. Циклопы, бродившие по парку, стали расходиться в стороны, уступая место кому-то… кто шел в нашу сторону…

На первый взгляд это тоже был циклоп. Только без плаща и шляпы. Из одежды на нем был небольшой жилет, клетчатая юбка, как у шотландцев, и тапочки. На голове — пучок черных волос. В руке — клюка.

Редкие прохожие шарахнулись в стороны. Многие в панике побежали кто куда. Но в целом, кажется, циклопов мало кто замечал…

Циклоп шел, потрясая этой самой клюкой и выделывая руками всевозможные выкрутасы. Кажется, он еще что-то кричал, но нам не было слышно. Подойдя к скамейке, на которой сидел Кант, циклоп присел на краешек и вознес руки к небу.

И небо не замедлило отозваться. Где-то оглушительно загрохотало, и на землю обрушился снег. Такого плотного снега, скажу я вам, мне не доводилось видеть давно. Циклопы мгновенно исчезли из поля моего зрения. На улице потемнело. Ирдик отпрянул от окна, зажав голову руками.

— О нет! Я догадался, что все это значит! — завопил он. — У них есть шаман!

3

— Шаман? А что страшного в шамане? Вы же сами… того…

Честно сказать, я не очень понимал причин возникшей паники. Тем не менее паника была налицо! Яркула, серый как мышь, рухнул на табурет и стал грызть ногти. Ирдик тряс головой и бормотал себе под нос нечленораздельные проклятия. От его лысой головы разлетались искорки света и, разбиваясь о стены, озаряли комнатку яркими вспышками. Спокоен был только Саныч. Он все еще дрых в углу, засунув под голову руку.

— Что страшного-то? — повторил я растерянно.

Яркула посмотрел на меня взглядом загнанного в угол бурундучка, причем ясно осознающего, что с ним сейчас сотворят.

— Это шаман! — сказал он. — А всем известно, что на земле нет сильнее чародеев, чем шаманы!

— Но шаман, если мне не изменяет память, — это тот, который управляет погодой!

— Он чародей!

— А вы…