Читаем Циклопедия полностью

— Со мной. — Мусор протянул пухлую руку. — Карл Давидович. Для друзей просто Карл. Уменьшительно, если хотите, ласкательно. Вот.

— Можно Мусор, — добавил Яркула, — он не обижается.

— Витя, — представился я.

— Можно Даздраперма, — хихикнул снова Яркула. — Тоже, впрочем, не сильно обижается.

— А я Кант, — сказал Кант. — После заключения договора буду наблюдать за действиями агента и следить, чтобы все производилось по правилам.

— А у вас тоже есть книга? — спросил я.

— Нет. У меня есть коробка! — важно изрек Кант, указывая рукой на угол между диваном и стенкой. Там уютно устроилась простая картонная коробка, опрокинутая набок. Самое интересное, что разглядеть внутренности коробки я не смог — там клубился черный, непроглядный туман. Зато с другого бока было четко и лаконично написано: «МОЕ. НЕ КАНТОВАТЬ».

— И что это? — спросил Мусор, отчего-то принюхиваясь.

— Там внутри все, что мне нужно, — туманно ответил Кант. Ему удалось наконец распахнуть чемодан. Порывшись в нем немного, Кант извлек небольшой целлофановый пакет. В пакете хорошо проглядывались семейные трусы в горошек, тюбик зубной пасты, зубная же щетка и бритвенные принадлежности.

— Где можно разместить? — спросил Кант. — Мы к вам надолго.

— Не думаю, — буркнул я. — Ванная по коридору направо. Положите на полку, под зеркальцем.

Кант утвердительно кивнул и исчез в коридоре.

— А он, это, такой же деловой и правильный? — шепотом поинтересовался я, подразумевая, конечно, небезызвестного Дидро. Ох уж нам от него досталось в свое время!

— Не то слово! — Граф скорчил жуткую гримасу. — Принципиальный! Из принципа не прочел ни одного трактата, не выучил ни единой философской мысли и даже прогнал свою беременную музу без вещей и права переписки!

— Это кто ж ее беременной заделал? — хохотнул Мусор.

— Поговорим о деле, — проигнорировал неуместный вопрос граф, слегка покраснев. В его руках чудным образом возникла прозрачная папочка с бумагами. — Вот. Это договор. Все обговорено, все учтено, все указано. Кто из вас будет подписывать?

— Нужно сначала ознакомиться, — робко заметил я.

— Сказано же — все учтено, — раздраженно проговорил граф. Во второй его руке появилась шариковая ручка. — Ты будешь чиркать?

— Он. — Я указал на Мусора.

— А что это сразу я?

— Ты все это заварил, тебе и расхлебывать!

Мусор поскрипел немного зубами, затем взял ручку и листы, уселся на диван, около чемодана, и стал читать. Граф, заложив руки за спину, не сводил с Мусора несколько плотоядного взгляда. Я немного поежился. Конечно, мне уже доводилось общаться с вампиром, но все же как-то не очень уютно находиться в одной комнате с клыкастым кровопийцей.

— Во-первых, не клыкастым, а зубастым, — мягко поправил меня Яркула, — а во-вторых, не кровопийцей, а кровопивцем. Мне так больше нравится.

Я удивился и хотел было поинтересоваться, откуда Яркула узнал мои мысли, но вдруг вспомнил. Ах, да! Он же мысли читает как открытую тетрадь! И постарался весело наиграть в уме задорную песенку о ежиках. Граф Яркула поморщился и прочистил пальцем ухо.

— Тут указано, что оплата будет производиться в дзенах, — сказал Мусор, — а откуда у нас дзены?

— Ниже читай, — проворчал Яркула, — под «обязуюсь выплачивать пожизненно и еженощно…»

— Одна дзена равна тремстам наших, российских?! — возмутился Мусор, пробежав глазами по строчкам. — А не слишком ли? Я всего-навсего прошу, чтобы ты переговорил с циклопами, а не истреблял их племя под корень!!

— Так и я о чем, — подхватил Яркула. — Если бы под корень, то за дзен целых шестьсот покатило бы. Думаете, это дорого? Многие, кого я знаю, променяли бы свои деньги на дзены не задумываясь, при таком-то курсе!

— Назови хотя бы троих! — потребовал Мусор. Все же он был торгашом и счет деньгам знал не хуже фантастики и футбола. Я был уверен, что он не отлипнет от вампира, пока не выторгует половину указанной суммы.

Яркула замялся, теребя подбородок:

— Ирдик, например!

— Не Ирдик, — послышалось вдруг из коридора, — а Зловещий Иердец. И попрошу добавлять «многоуважаемый».

И в дверях возник Зловещий Иердец в своем настоящем обличье. Именно настоящем — кожи у него не было, а были сплошные синие мышцы, опутанные зелеными и бурыми венами. Веки отсутствовали, рот был безгубый, а ростом Ирдик достигал метров двух с половиной. По крайней мере, ему приходилось немного нагибаться, чтобы не тереться лысой макушкой о потолок. На Ирдике были фиолетовые спортивные трусы, а через могучее плечо перекинуто мое любимое махровое полотенце. Обычный джинн, одним словом.

— Извините, что не возник сразу. — Он вежливо кивнул в мою сторону. — Проклятый одноглазый укусил меня за палец, до самой крови. Вот.

Ирдик ткнул в нашу сторону большим пальцем. Я лично ничего не увидел, а Мусор отче-го-то довольно хмыкнул.

— Я решил продезинфицировать, а то мало ли что? Сейчас заразы всякой много. Вдруг у этого одноглазого чумка или бешенство? У тебя йод есть? Я в ванной не нашел.

— Он тут, в шкафу. — Я кивнул на шкаф.

Ирдик, обойдя меня, отворил дверцу.