Читаем Циферблат. Город Адимари полностью

Осознав бесполезность сомнительной маскировки, Аракбис сбросил личину Келадона, обратившись в нечто бесформенное, серое. Было очевидно, что эссиорлы при различных условиях могли выглядеть по-разному. Вот и сейчас он мало походил на Аракбиса из Зеркала сущностей, и сложно было решить, какой из его обликов был более жутким.

Голова оборотня стала огромной и занимала почти половину объема его тела, шея практически полностью исчезла, а гигантский рот только и делал, что распахивался и пытался проглотить стражников, его атакующих. Металлическая кожа Аракбиса собиралась в складки, ещё больше обезобразив и без того отвратительное тело. Движения эссиорла были молниеносны, так что не всегда удавалось отследить его местоположение.

В конце концов ему удалось заглотить одного стражника, но тело Аракбиса отторгало эту добычу, и воин, порядком помятый, но всё ещё живой, был исторгнут наружу.

– Проклятый Келадон! – выругался Аракбис. Пока сущность предыдущего поглощаемого была жива, он не мог полакомиться следующей жертвой. Козырей в его руках почти не оставалось: использовать силы Келадона в этом месте он не мог, а справиться с дюжиной стражников было не так-то просто.

Агрэй вытащил Киру в верхнюю комнату при содействии Букура и Клеона. Ему нужно было возвращаться вниз, чтобы разобраться с Аракбисом, но пока он не убедился, что с Кирой всё в порядке, он не хотел её оставлять. Здесь, наверху, можно было использовать магию, которая действовала, хотя и несколько заглушалась наличием снизу абсолютно чёрной комнаты-блокатора.

Почти сразу же им удалось убедиться в присутствии у неё слабого сердцебиения и размеренного дыхания. В сознание она не приходила. Браслет Филуна был раскалён, а циферблат на нём почти дымился. Аргенлал, столь ослепительный до этого происшествия, теперь казался дешёвой стекляшкой.

– Клеон, позаботься о ней. Перенеси Киру в безопасное место, где никто из наших врагов её не найдёт. Доверять нельзя никому, – сказал Агрэй, возвращаясь к проделанной дыре в чёрном полу.

– Постой, я не пущу тебя туда одного! – возразил Клеон.

– Идите, я о ней позабочусь, – сказал Букур, и у Агрэя не оставалось времени на то, чтобы спорить.

Вернувшись в ритуальный зал, они обнаружили, что дела у их союзников не так уж и плохи. Они теснили самозванца со всех сторон, а он плавно отступал к стене. Фива благоразумно спряталась за гору трупов и в битве не участвовала.

Несколько раз высшие стражники доставали Аракбиса острыми пиками или мечами, но каждый раз его тело восстанавливалось без малейших усилий. Агрэй сразу же понял, что простыми приёмами здесь не обойтись, и решил попробовать выманить эссиорла из этого неудобного, с магической точки зрения, места.

Лионит мягко приземлился на ноги рядом с другими стражниками и встретился взглядом со своим противником. Лицо Аракбиса исказила ехидная улыбка. Эта гримаса выражала многое: глумление, ощущение собственного превосходства, самодовольство. Но долго эта встреча взглядов не продлилась. Как только Аракбис обнаружил пропажу пленницы, да ещё и вместе с браслетом, его присутствие в здешних местах потеряло всякий смысл. Аракбис сделал очередной шаг назад к стене, позволив силуэту отразиться на её поверхности, а затем и сам растворился подобно тени, исчезающей в полдень.

Кезеф первым кинулся ощупывать гладкий камень, но одноразовый проход уже был закрыт. Эссиорл обвёл их вокруг пальца.

Понимая, чем это может им грозить, Агрэй с Клеоном и двенадцать стражников ринулись прочь из тёмного зала, в котором с каждой минутой усиливался отвратительный тошнотворный запах. Когда почти все они поднялись наверх, Гезария почувствовал присутствие среди мёртвых тел учащенного сердцебиения. В надежде обнаружить выживших он устремился к горе трупов, но источником сердцебиения был вовсе не лионит, а белоснежная трусливая собака, нашедшая здесь укрытие.

Гезария сгрёб сопротивляющуюся Фиву в охапку и поднялся этажом выше вслед за другими стражниками.

– Что будем делать с этой? – спросил он у Агрэя.

– Сейчас не до неё. Поместите её в камеру три. Разберёмся с ней чуть позже, – отмахнулся он. Его сознанием овладела одна-единственная мысль: догнать Аракбиса и разделаться с ним.

Поиски внутри здания не дали никакого результата, так что Агрэй, Клеон и остальные стражники поспешили покинуть его, чтобы вычислить местоположение оборотня. Так как целью эссиорла был браслет, следовало сначала определить, где находится Кира, и Аракбис нашёлся бы сам собой.

Выйдя на улицу, Агрэй с Клеоном обнаружили, что для проникновения в башню стражникам пришлось снести добрую её половину. Толпа других лионитов всё ещё дежурила возле неё. Башня же Радбоз была заботливо потушена и успела сгореть лишь на треть, так что при желании её ещё можно было восстановить. А вот корни башни Аверо оказались ничем иным, как миражом, как и само здание, не имевшее ничего общего с архитектурой города Гейл.