Читаем Цезарь Август полностью

Осенью 8 г. н. э. Овидий находился в гостях у Котты, сына Валерия Мессалы, на острове Эльба. Неожиданно Август вызвал его в Рим. Во время беседы Август осыпал поэта обвинениями; пользуясь своею магистратской властью, он выслал Овидия из Рима в далекий городок Томы (ныне Констанца) на берегу Черного моря. Овидий говорит,²⁷ что его погубили «стихи и проступок». В чем заключался проступок, мы не знаем; поэт был чему-то свидетелем,² возможно, нечаянным; но стихи – это, разумеется, «Искусство любви». Август карал поэта, так сказать, по совокупности. Возможно, конечно, что Август хотел отвлечь внимание общества от скандальных событий в его собственной семье (напомним, что именно в 8 г. н. э. была осуждена за любовную связь Юлия, внучка Августа); более вероятным кажется, однако, что эпизод с Юлией только усугубил гнев Августа против «учителя распутства» и послужил толчком для расправы над ним. Как бы то ни было, сколько Овидий ни умолял Августа о прощении или хотя бы о смягчении наказания, как ни льстил, как ни унижался, как ни оправдывался (все это отложилось в его «Тристиях», т. е. «Скорбных элегиях», и в его «Посланиях с Понта»), Август так и не разрешил ему вернуться.

Судьба Овидия была далеко не единичной и даже не самой трудной. Известный ритор Тит Лабиен был подвергнут по определению сената специфической каре: его сочинения из-за их обличительного содержания были преданы сожжению;²⁹ сам Лабиен заперся в родовой усыпальнице и там уморил себя.³⁰ Ритор Кассий Север нападал в своих «бесстыдных писаниях» на знатных мужчин и женщин;³¹ его сочинения были сочтены общественно опасными, и сенат повелел их уничтожить, а самого автора сослать на остров Крит (8 г. н. э.). Оттуда уже в 24 г. Кассий Север был переведен на Сефирову скалу (один из островков Кикладского архипелага) и там в крайней нищете скончался в 32 г. За этими приговорами, конечно, стоял сам Август.

И все-таки он, по-видимому, не очень охотно прибегал к сожжениям книг и ссылкам. Август не мог не понимать, что таким способом можно в лучшем случае заткнуть рот оппозиции (что само по себе немаловажно), однако в борьбе за умы и сердца людей нужны другие средства.

Осуществление культурной политики режима, созданного Августом, неразрывно связано с именем одного из его ближайших друзей – Мецената; оно уцелело в веках и стало обозначением человека, занимающегося просвещенным покровительством литературе и искусству.

Гай Цильний Меценат (между 74 и 64 гг. до н. э.- 8 г. н. э.) происходил из всаднической семьи и считался потомком этрусских царей.³³ Меценат был очень богат, владел землями по всей Италии, и это позволяло ему подкармливать приближенных к нему литераторов; его состояние составилось, очевидно, во времена проскрипций. Он принадлежал к числу самых близких друзей Августа; их дружбе не мешало даже то обстоятельство, что его жена Теренция была до замужества и оставалась после свадьбы любовницей императора. Меценат не занимал каких-либо официальных постов, хотя дружба с Августом и открывала перед ним такого рода возможности. Один только раз мы видим его в роли префекта города; однако он не раз и не два выполнял важнейшие поручения Августа, исполнял деликатные дипломатические миссии. Вообще он оказывал на Августа значительное влияние. Рассказывают, что однажды, услыхав, как Август один за другим выносил смертные приговоры, Меценат послал ему записку: «Перестань, палач!», и Август прекратил судоговорение.³⁴ По-видимому, Меценат был известен своими монархическими настроениями. Дион Кассий, конечно, не случайно вкладывает в его уста речь о необходимости единовластия, обращенную к Августу и содержащую идеологическое обоснование его притязаний.³⁵

Особое место в жизни Мецената занимала литература, хотя ею он едва ли занимался профессионально. Тем не менее его перу принадлежат такие сочинения, как «Симпосион», возможно подражание Платону, Ксе-нофонту или Эпикуру (в качестве действующих лиц там фигурировали Вергилий, Гораций, Валерий Мессала и Меценат),³⁶ «О своем образе жизни» и, по-видимому, некоторые другие. Гораций ³⁷ и Сервий ³⁸ дают основание говорить и о занятиях Мецената историей эпохи Августа. Не был чужд Меценат и стихотворству.³⁹ Как писатель Меценат пользовался отрицательной репутацией; его порицали за витиеватость и вычурность слога,⁴⁰ тем не менее литературные занятия его не пропали бесследно.

При дворе Августа Меценат играл роль просвещенного покровителя искусств и литературы. В его окружение входили первоклассные римские писатели, такие как Вергилий, Гораций, Луций Варий Руф, Секст Про-перций, и некоторые менее значительные, такие как Гай Мелисса,⁴¹ Домиций Марса,⁴² Плоций Тукка,⁴³ литературный критик Квинтилий Вар ⁴⁴ и др. Умело руководя их деятельностью, порой прямо направляя их творчество (Меценат не раз давал литераторам темы для их произведений), Меценат, а через него, несомненно, и сам Август добивались распространения и укоренения в обществе желательных для них воззрений, создавали идеологическую базу режима.