Следующее, что меня удивило, – это Валери почти без макияжа в красивом домашнем платье. Она принесла на террасу чашки и чай с пирожными. Я посмотрела на часы. Было далеко за полдень. К этому времени моя подруга обычно бывала уже изрядно пьяна. Она ответила на мой немой вопрос:

– Я больше не пью. Прохожу лечение и вроде бы неплохо справляюсь, – она улыбнулась и машинально дотронулась до пальца, на котором сияло кольцо с бриллиантом. – я помолвлена. Мы с Робби скоро собираемся пожениться.

Лёгкий румянец коснулся её щёк.

– Вот это новости! – воскликнула я. Как бы там ни было, я напрасно себя корила. Похоже, моя подруга тоже с толком провела эти пару месяцев.

– Рассказывай! Где вы познакомились?

Теперь она покраснела ещё больше.

– Он… был моим клиентом.

Я замолчала, понимая, что возникшая пауза вот-вот станет неловкой. Но Валери, кажется, и не ждала ответа. Она продолжала.

– Когда «Красотка» закрылась, я сходила с ума. Не знала, что делать дальше, куда податься. У меня, конечно, были кое-какие сбережения, но остаться без работы – это было ужасно. И тут появился Робби. Он просил меня, умолял бросить это ремесло. Я сначала даже слушать не хотела: ну, знаешь – многие так говорят. А потом…

Я кивнула. Я знала.

– Но он никуда не исчезал. Был таким настойчивым… – она зарделась. – Сказал, что его жизнь без меня не имеет смысла. Ну и… – она с улыбкой пожала плечами, – я сдалась. И знаешь, ни минуты не пожалела.

– Поздравляю! Кольцо просто великолепно! Но что случилось с «Красоткой»? С чего вдруг её закрыли?

– О, да ты не знаешь? Смита убили. В клуб понаехали копы, вскрыли кучу тёмных делишек, ну и, разумеется, клуб закрыли. Такое предприятие не может существовать рядом с копами – ты же понимаешь.

Я кивнула. Прислушалась к себе. Смита убили. Эта новость совершенно меня не затронула. Не было ни жалости, ни злорадства. Просто ничего. Словно пытаясь оправдаться за это, я сказала:

– Ну, такой уж это был человек. Думаю, кто угодно из его дружков мог его застрелить.

– Нет, – махнула рукой Валери. – Его не застрелили. Зарезали. Воткнули нож в сердце.

Она что-то ещё говорила, только я не слышала. И словно сквозь толстую пелену до меня донёсся звук разлетевшейся на осколки чашки, которая выпала из моих рук.

Глава 14

И снова, придя домой, я начала свои интернет-изыскания.

Информации об убийстве Смита было не так много. Всё-таки он интересовал жёлтую прессу куда меньше, чем миллионер. Но мне и не нужны были детали. Меня волновало одно: дата.

Узнав, какого числа убили патрона «Красотки», я сразу же стала листать нашу с Нэйтом переписку. В этот день он был в отъезде. Я выдохнула с облегчением, но ненадолго. Ведь он мог просто сказать мне, что уезжает. А сам остаться в городе. Я не видела билетов, не встречала его в аэропорту. Все вечера, когда он был в городе, мы проводили вместе. Но, возможно, этот вечер ему было просто необходимо освободить? И история с поездкой отлично подошла бы для этого.

Я в отчаянии упала на кровать, закрыла глаза. Из-под ресниц текли слёзы, а у меня даже не было сил смахнуть их с лица. Чёрт возьми, ну почему всё так? Только-только у нас всё пошло на лад – и вот уже мне снова приходится теряться в догадках. Кто такой Нэйт Донован? Отличный парень, с которым я могла бы прожить всю жизнь, или безжалостный убийца? Так себе альтернатива.

Тишину комнаты разрезал телефонный звонок. Нэйт.

– Привет, милая! Прилетаю через пару часов. Какие планы на вечер?

– Наверное, встретиться с тобой, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно. – Ну, если, конечно, за это время я не найду кого-нибудь получше.

– Буду надеяться, что не найдёшь. – Кажется, у Нэйта отличное настроение. Впрочем, оно у него всегда отличное, когда он возвращается.

– Думаю, у тебя есть шансы, – говорю с улыбкой, и сама себе удивляюсь. Как легко у меня получается делать вид, что всё отлично. И тут же злюсь на себя. У нас и в самом деле всё отлично. А всадить нож в Смита мог кто угодно. Он был тем ещё уродом.

Оставшееся время я трачу на то, чтобы собраться и выглядеть безупречно. Чуть припухшие от слёз глаза требуют больше макияжа. И всё же, к тому времени, как машина Нэйта мягко тормозит возле моего дома, я уже во всеоружии. Выгляжу отлично, в душе – радостное предвкушение нашей встречи. А червячок сомнений я игнорирую. Мы вместе, а значит – я просто обязана ему доверять.

Иначе какой во всём этом смысл?

Как только мы появились на пороге его дома и закрыли дверь, я развернулась к Нэйту. Запустила руки ему под рубашку, коснулась жаркого и такого любимого тела и прошептала:

– Хочу тебя.

Он набросился на меня, как изголодавшийся зверь. Исступленно, жадно впился в губы – так, что мне стало не хватать дыхания. Так, что в висках застучало, а колени стали ватными. Без нежности, только грубая страсть, первобытное желание, для которого не было запретов и преград. Это был не поцелуй – нечто большее. Словно так он доказывал свое право на меня, заявлял: «Ты моя!». И я, с готовностью отвечая на его поцелуй, подтверждала: «Твоя… Только твоя».