Читаем Царь Марса полностью

В теории я мог бы проигнорировать церковные мероприятия, каноны мне/нам это позволяли, но это было бы нехорошо. Пошли бы разговоры, мол, что-то нехорошее творится в Империи, раз уж вся верхушка не пришла в собор на празднество великое? Может, война какая? И часа бы не прошло, как знала бы вся Империя.

А в том-то и дело, что официально не было никакой войны. Улыбаемся.

– Оперативно. В атмосфере Марса сбит спускательный аппарат южасцев. Предварительно все на борту погибли. Понятно, что флаг в Марс они воткнуть не смогли. Официально мы замалчиваем тему. Когда придет время – мы выразим сожаление, сочувствие и прочее благоглупое соболезнование. Но в меру. Так сказать, без особого фанатизма. Это ясно?

Почтенные мужи и молодая дама закивали.

– Гибель их спускаемого аппарата, как я надеюсь, будет списана на техническую неисправность их бортовых систем при посадке. Ни о каких ракетах с «Баронессы» речь не будет идти. Бразильцы официально не спорят с этой версией. У них своя игра.

– Ваше величество.

– Да, маркиз.

Начальник Генштаба поднялся.

– А если они захотят повторить попытку? Тем более, если они захотят высадить новый десант с флагом? Их мощности это позволяют. Наши действия? Речь ведь идет не только о Марсе и его окрестностях. Мы можем погрузиться в хаос межпланетной войны. А это касается и моего ведомства тоже. Нужно понимание.

– Согласен, это возможно. Я поставлю вопрос еще шире – а что, если они захотят ударить сами? Не посредством провокации посадкой, а именно первым ударом? В том числе и ударом по нашим базам на Земле и Луне? Мы готовы к этому? Шутки шутками, но военная аксиома гласит, что более слабый имеет шанс именно при внезапном и решительном ударе. Итак, товарищи офицеры.

Я имею право на обращение «товарищ». Я тут и воевал, и в дальний космос летал, и командовал войсками, так что, пусть мне тут формально всего двадцать лет, но эта двадцатка сравнительно легко компенсируется титулами и должностью Верховного Главнокомандующего. Тем более что Вовка себя уже «показал с самой лучшей стороны», и генералы предпочитали иметь дело со мной, а не с легкомысленным и в меру придурковатым императором (прости господи).

Продолжаю:

– Обстановку в окрестностях Марса вы знаете. Срочные консультации между Городом и Рио пока спустили дело на тормозах, но явно ненадолго. Да, технически и силой мы способны их раздавить. Но Империя наша пока переживает период смены верховной власти. Сами знаете, все довольно зыбко. А наш авторитет даже среди союзников не так уж и непоколебим сейчас. Нам нужно выработать актуальную стратегию в этих условиях. Прошу высказываться, товарищи.

Полковник Волжин, от командования космической связи, взял слово.

– Ваше величество, товарищи, дамы и господа офицеры. Насколько мне известно, задержка связи на таком расстоянии составляет примерно полчаса. Скажу банальность, но от нас тут мало что зависит. Мы можем лишь дать рекомендации на «Цесаревича» и «Баронессу». И им будет глубоко плевать на наши рекомендации, да простит меня Ваше Величество. Решать должны не они, и не на орбите Марса. Это политический вопрос и решать его нужно здесь, на Земле. И быстро, иначе они действительно перестреляют друг друга.

– Всё у вас?

– Да.

– Ваше величество, разрешите?

Я кивнул.

– Великий князь, вам слово.

Лева поднялся

– Ваше величество. Было бы легкомысленным тягаться Селене с масштабами и мощью ЮжАСа, но события подобного рода не происходят вдруг. Возможно, мы не сможем спорить с их армией и флотом, но и они не смогут легко прогуляться в окрестностях Луны, не говоря уж о том, чтобы легко ее взять.

Сказано было явно не для меня. Я тоже ведь «Лунный». И тоже в курсе сильных и слабых сторон Селены. Я знаю даже то, о чем многим из присутствующих знать бы сильно не следовало. В том числе и в части «слабости» Сил Луны. Но старшему брату и Наследнику Трона Селены виднее.

Тот продолжал:

– Государь…

А вот это уже серьезно. Вовка, может, внимания и не обратит, тем более что с утра опять пьян, но Льгова не пропустит. И элиты не пропустят. И Лева явно не оговорился. Где мои вещи?

Нет, формально, Кесарь тоже государь. Но… Не принято так. Государь – это император. Так что такое обращение – это форменный мятеж. Не называют кесаря государем.

Спокойно поправляю:

– Кесарь.

Лева склонил голову:

– Прошу простить. Оговорился. Так вот. Я…

Оговорился? Ага. Это, извините, форменная демонстрационная заявка, на чьей стороне Селена. Вдруг что, если… И Луна не уступит, имея своего Кесаря. А Кесарь может опереться на силу Селены. Вдруг что… Задница для облизывания у Кесаря ниже по фронту.

Там еще папаша мой вдруг летит на Землю. Соскучился, наверное. Просто совпадение.

– …Я лишь хочу заметить, что Силы Селены приведены в полную боевую готовность и готовы к переброске в любую точку Земли по вашему повелению.