— Все просто, — улыбнулся Одиссей. — Ты должен заставить их поклясться защищать Елену и ее мужа против любого, кто встанет между ними. Это единственный способ сделать так, чтобы они не стали за нее драться — ни сейчас, ни в последующие годы. А если кто-то нарушит клятву, другие будут вынуждены защищать твою дочь и победившего претендента. Конечно, твоим жрецам придется придумать, какое пожертвование сделать для закрепления клятвы. Это должно быть что-то существенное и впечатляющее. После чего у тебя не должно возникнуть никаких проблем.

— Да, — согласился Тиндарей, когда понял, насколько простым и блестящим является предложение Одиссея. — Да, это должно сработать! Даже Аякс подчинится клятве, несмотря на свою животную силу и уверенность в том, что он получит Елену. Не могу поверить, что я сам до этого не додумался. Ты умнее, чем кажешься, Одиссей.

Сын Лаэрта легко и кротко улыбнулся.

— Спасибо, господин. Но как насчет оплаты? Тиндарей осторожно посмотрел на него.

— Я — человек чести. Что ты хочешь? Ты решил мою проблему, так позволь мне решить твою. Если хочешь землю — добро пожаловать в Спарту. Ты можешь поселиться здесь.

— Нет, — покачал головой Одиссей. Ему никогда в голову не приходила мысль не возвращаться на Итаку. — Моя цена — это женщина из твоего дворца.

— Любая женщина?

— Нет. Царевна.

— Я думал, что ты можешь сказать подобное, — вздохнул Тиндарей, понимая, что его поймали в капкан. — Ну, ты удивишься, узнав, что ты ей тоже нравишься.

— Да, я на самом деле удивлен.

— Не хочу тебя оскорбить, но и я тоже, сынок. Очевидно, что она думала о тебе с тех самых пор, как впервые увидела. Девочка хочет вести простую жизнь на Итаке, как она мне говорит. Моя единственная проблема заключается в том, как объяснить это Агамемнону. Понимаешь, у нас было соглашение.

Одиссей не представлял, зачем Тиндарею и Агамемнону заключать соглашение о Пенелопе, но еще больше его удивляло то, что она отвечает взаимностью на его чувства. После их ссоры в этом самом саду девушка относилась к нему только враждебно, даже презрительно. Одиссей ожидал, что Пенелопа будет лягаться и кричать, когда он повезет ее из Спарты. Ему уже давно пришла в голову мысль о том, как сохранить мир между претендентами на Елену, и вскоре после этого он придумал, как использовать свое предложение, чтобы Тиндарей повлиял на Пенелопу.

Но Одиссей также лишился сна, думая о женитьбе на Пенелопе против ее воли. Женщин традиционно выдавали замуж родители, причем за мужчин, которых они или не знали, к которым не испытывали пылких чувств. По большей части они принимали свою судьбу и жили дальше. Во многих случаях привычка рождала любовь.

Но Пенелопа была другой. Одиссей догадывался, что у нее независимый характер, приручить ее к любви окажется нелегко. Поэтому новость о том, что она его любит, стала откровением и прекрасным благословением.

Он широко улыбнулся.

— А как насчет Икария? Что он скажет?

— Икарий? Он-то к этому какое имеет отношение? Елена — моя дочь. И если она хочет выйти замуж за тебя, Одиссей, то тебе следует поблагодарить богов — и взять ее.

Глава 20

Великая клятва

Итакийцы тренировались, как обычно, когда в большом дворе появился Одиссей и кликнул Галитерса. Эперит бросил на него взгляд, отражая удары деревянного меча Дамастора, и из-за того, что перестал полностью концентрироваться на схватке, получил болезненный удар в бок.

— Никогда не отвлекайся, Эперит, — посоветовал ему Дамастор, отступая назад, чтобы подготовиться к следующей атаке. Но до того как они успели возобновить поединок. Галитерс приказал прекратить тренировку. Два ряда потных воинов опустили палки и сели на хорошо утоптанную землю.

— Ментор, Эперит, также подойдите ко мне, — махнул им Одиссей, который выглядел необычно обеспокоенным. — Наконец-то боги показали мне свою благосклонность, но нужен ваш совет.

Галитерс оставил старшим Антифия и присоединился к группе вокруг Одиссея. Царевич сложил руки на груди и серьезно посмотрел на них.

— Мне не нужно напоминать вам, что мы приехали сюда за Еленой, — заговорил он.

— Мы приехали сюда искать друзей и заключать союзы, — поправил его Ментор. — Мы все знаем, что царевич из маленького государства не имеет шанса заполучить Елену, если его соперниками являются такие люди, как Менелай, Аякс и Диомед.

— Может, и так. Но ситуация изменилась. Тиндарей предложил мне Елену в жены.

Они в неверии уставились на него, и мгновение никто не знал, что сказать. Затем Галитерс склонил голову на бок и прищурился, глядя на царевича.

— Это очередная твоя шутка?

Одиссей улыбнулся:

— Я понимаю твое недоверие, старый друг, но говорю правду. Тиндарей испытывает беспокойство после появления Аяксов. Он считает, что после объявления мужа Елены между претендентами на нее начнется драка.

— О, теперь я понимаю, — вставил Ментор. — Он объявит тебя ее мужем, чтобы все остальные могли убить тебя первым.