Читаем Царь Итаки полностью

— Вероятно, его доставили на том торговом судне, которое я видел заходящим в гавань, когда уходил спартанский корабль, — сказал Одиссей.

— Значит, нам нельзя терять время. Политерс явно послал несколько человек для сопровождения груза во дворец. Но если нам удастся их перебить и уничтожить груз, то тафиане восстанут. Возможно, нам даже не придется против них сражаться.

— У парня есть мозги, а не только мускулы, — заявил Галитерс, хлопая Эперита по плечу. — Хорошая идея. Как считаешь, Одиссей?

— Я считаю, что вам двоим нужно сражаться, а думать буду я. Груз вина — важный момент, но уничтожать его не следует. Наоборот, — он прищелкнул пальцами и улыбнулся, — я хочу удостовериться, что груз доставят во дворец в целости и сохранности.

* * *

Одиссей с подчиненными наблюдал, как торговый корабль выходит из гавани. Солнце садилось за горами на Самосе — с другой стороны пролива, который разделял два острова. Судно рассекало ровную поверхность воды, и она словно кипела по бокам корпуса, да еще казалась красной в лучах заходящего солнца. Моряки шли на север, за кораблем тянулась длинная овальная тень паруса. Через некоторое время он исчез из виду, а с воинов отряда Одиссея, наблюдавших за ним, будто спали чары. Они начали готовиться к засаде.

Вскоре отряд услышал скрип перегруженной повозки, которая катилась по дороге, идущей от гавани. Это была та же самая дорога, по которой итакийцы шли под приветственные крики горожан полгода назад. Однако теперь там звучали только голоса приближающихся тафиан, а время от времени — стук от удара палкой по спине какого-то несчастного животного.

Эперит ждал вместе с Одиссеем, скрываясь среди тополей, где произошла успешная драка с Полибом. С ними находились Антифий и еще пять воинов, которые напряженно ждали появления тафиан. Оставшиеся воины под командованием Галитерса и Ментора спрятались за каменной стеной с другой стороны дороги и готовили оружие к бою.

Юноша держал меч в руке, а Одиссей приготовил стрелу и огромный лук из рога, подаренный ему Ифитом в Мессении.

Рядом с ними Антифий тоже достал стрелу из колчана, висевшего у него на боку, лучник приготовился к стрельбе. Казалось, он перестал дышать, ожидая появления в поле зрения первого воина.

Как только Антифий натянул тетиву из бычьих кишок, из-за поворота дороги, идущей от залива, появился первый человек. Сразу за ним следовали еще два. Все были высокого роста и хорошо вооружены. Два вола тащили большую повозку с высокими бортиками. Еще два воина, старшего возраста и более тучные, сидели прямо за напряженно идущими животными. За спинами у этих двух мужчин стояло множество глиняных сосудов в плетеных корзинах, сделанных, чтобы амфоры не разбились при ударах друг о друга во время транспортировки, а ценное вино не пролилось.

Никто не пошевельнулся. Итакийцы много раз совместно участвовали в сражениях и знали, что время наносить улар еще не пришло. До того, как тафиане появились в поле зрения, Эперит ощущал волнение, но теперь, когда до начала боя оставались считанные мгновения, напряжение из его тела ушло, и юноша снова стал очень остро чувствовать все, что его окружало. Он улавливал мельчайшее движение, каждый звук и, несмотря на сумерки, даже каждую деталь во внешности врагов. Молодой воин заметил красноту их щек, и это означало, что они уже попробовали вино. Стало видно, как у них горят глаза — эти люди радовались, надеясь, что сегодня напьются до потери чувств. Но ночь для них никогда не наступит, их взгляды вскоре померкнут навсегда.

Одиссей тихо подал сигнал Антифию, показав вначале на себя, потом на возницу. Так он обозначил выбранную цель. Спутник сына Лаэрта кивнул в ответ и показал на тафианина, идущего первым. В тусклом свете раннего вечера стрелять будет не очень легко, но Эперит верил — оба его друга попадут по целям. Затем царевич встал на одно колено, подождал, пока его соратник сделает то же самое. А потом тетива их луков зазвенела одновременно.

Обе выбранные жертвы упали. Возница рухнул на бок и вывалился из повозки, а воин, который шел первым, схватился за горло — туда попала стрела Антифия. Потом тафианин рухнул на землю. Скрипящая повозка остановилась, и на мгновение воцарилась тишина. Выжившие наемники напряженно оглядывались вокруг. Затем Эперит вскочил на ноги и с криком бросился на них, подняв меч над головой. За ним последовали другие, безумно крича, пока преодолевали небольшое расстояние, отделявшее деревья от дороги.