Читаем Царь.2 (СИ) полностью

Когда наступающие приблизились к линии русских укреплений, пушкари перешли на картечь, и тем сразу же стало жарче. Каждый залп тяжелых чугунных пуль выкашивал целые ряды противника. Сраженные люди падали, шедшие за ними переступали через трупы, подскальзываясь в лужах крови, и запинаясь о тела товарищей. Наконец, им удалось приблизиться на верный мушкетный выстрел. Первыми начинали поляки, их пехота, как обычно построена в десять шеренг. По команде командиров первые девять опускаются на землю, а последняя дает залп. Следом за ними поднимается предпоследняя и тоже стреляет. Таким образом, на врага обрушивается десять залпов подряд, а затем они должны бросаться в атаку. Однако, пока они приближались, русские пушкари подкатили к переднему краю еще несколько орудий, удвоив, таким образом, количество стволов. И едва выбранецкие отстрелялись, накрыли их залпами. Хуже всего было то, что польские пехотинцы были скверно обучены. Если венгры, у которых они позаимствовали эту тактику, после выстрела сразу же опускались на землю, всячески стараясь укрыться от ответного огня, то поляки остались стоять и приняли на себя картечные залпы в упор. Выдержать подобный огонь, было уже выше их сил и уцелевшие бросились в панике назад, сметая пытавшихся остановить их венгров. Впрочем, далеко не все последовали их примеру. Немцы и спешенные казаки хотя и понесли потери, но не растеряли мужества и ринулись вперед, подбадривая себя громкими криками. Стрельцы немедленно дали залп из пищалей, но яростно кричавшая толпа захлестнула редуты и началась резня. На наше счастье они не перемешались между собой, а атаковали каждый свой редут. Немцам сначала удалось потеснить защитников своими длинными пиками, но русские, работая бердышами, как дровосеки топорами отсекали им наконечники, разрубали древки, иной раз отсекали и руки державшие оружие. Наемники, лишившись своих пик, дрались обломками, хватались за шпаги и даже пытались отбирать у стрельцов их бердыши, но стрельцы ловко действуя своим грозным оружием, скоро оттеснили врага за линию валов. Несколько хуже было со спешенными казаками. Надо сказать, что в казачьих хоругвях совершенно не обязательно служат казаки. Чаще это такие же поляки или литвины, как и те, кого набирают в гусары, просто не богатые, а потому вооруженные и экипированные по-казачьи или если точнее по-татарски. Тем не менее, оружием они владеют изрядно, о дисциплине представление имеют и потому являются опасным противником. Поначалу бой шел с переменным успехом, но в какой-то момент им удалось ворваться внутрь редута и начать теснить отчаянно сопротивлявшихся стрельцов и пушкарей. Так случилось, что в этот момент я остался почти один. Никита и Корнилий бросились к своим ратникам, чтобы подготовить их к контратаке. Ван Дейк командовал артиллеристами, а я, оглянувшись, увидел, что рядом только Первушка, да пара рынд с несколькими поддадтнями.

- Эй, Незлоб, - окликнул я писаря, - скажи честно, страшно?

Парень внимательно посмотрел на меня, отложил в сторону бумагу с пером и вытащил из ножен саблю.

- Нет, государь, с тобой не страшно. Пошли чтоль?

- И то верно, - хмыкнул я, - давно хотел игрушку твоего тезки в деле опробовать, да вот как-то все случая не было. И это, допельфастеры мои держи, а то мало ли что.

Достав из-за пояса револьвер, я подмигнул ошалевшей от моего решения свите и решительно шагнул вперед.

- Да как же это, государь, - попробовал возразить один из рынд - Петька Пожарский, но мы с Перваком уже почти бежали к месту боя.

- Не отставать, - крикнул я, замешкавшимся было телохранителям, - а то заставлю за слоном навоз убирать!

- За каким еще слоном?

- Эх вы, серость. Вы же себе не представляете, как эта скотина гадит, так что марш вперед!

Впрочем, наш порыв не остался незамеченным. Федор Панин не успевал остановить меня от очередного безрассудства, но вполне успевал прийти мне на помощь со своими драгунами. Однако это случилось позднее.

- Вот что ребятки, - крикнул я рындам с податнями, вы в доспехах потому держитесь рядом со мной и не давайте никакой сволочи подобраться, пока я стрелять стану. А ты Примус, считай выстрелы, как пять раз бабахнет - значит в револьвере заряды закончились, стало быть пора мне пистолеты подавать. Уяснили? Ну, с богом!

Первого противника ждать долго не пришлось, рослый казак в кольчуге поверх кунтуша, то ли привлеченный блеском кирас моих телохранителей, то ли просто кинувшийся на первых кто ему подвернулся, с диким ревом налетел на меня, размахивая саблей. Щелкнул кремень о стальную полку, и на лбу нападавшего появился третий глаз.

- Ты глянь-ка, работает! - Удивился я и передвинул барабан.

Да, главное неудобство этого девайса состояло в том, что барабан надо было передвигать вручную, и тут главное было не ошибиться. Во время пробной стрельбы у меня это получалось, но тут-то вокруг бой кипит! Следующих нападавших было двое, но саблю одного отразил рында, пока я прострелил брюхо второму, затем снова передвинул барабан и пальнул в оставшегося.