Читаем Trust me (СИ) полностью

Ньют кивнул снова. Минхо, хмыкнув, бросил ему ключи — те прилетели блондину куда-то в колени, и поймать их едва удалось. На лице Томаса, все еще каком-то вытянутом, с приклеившимися ко лбу бровями, невозможно было прочитать никаких эмоций: слишком много их отразилось в эту минуту. Томас точно волновался — Ньют заметил, что руки у брюнета трясутся, дыхание сбилось, губы сжались в тонкую полоску. Он боялся за Ньюта. Боялся, что тот поступил слишком опрометчиво, вот так резко и сразу оттолкнув подальше страх, который пару месяцев назад сковал все его тело, заставил остановиться посреди улицы и смотреть на приближающийся огонек фар. Тогда, если бы Томас не подоспел вовремя и не вытянул Ньюта с дороги, последнего точно разметало бы по асфальту. И оклематься после такого вряд ли можно было бы, если только не собрать себя по кусочкам и не соскрести останки с дороги. Тогда Ньют боялся. И произошло это не так уж и давно, чтобы сейчас смело топать ногами, бить себя кулаком в грудь и пытаться доказать, что никакие демоны прошлого тебя не преследуют.

Недоверие это живо проявилось у Томаса, и Ньюта оно отчасти испугало. Но и сдавать назад он не мог: если сейчас он не сядет на чертов мотоцикл и не проедет на нем хотя бы несколько метров, он еще долго будет прятаться. Страх с годами будет крепнуть, подпитываемый фантазиями и ночными кошмарами (даже если те Ньюту не снились), и в конечном итоге закует его в непробиваемую, по прочности своей превосходящую любую неприступную крепость, оболочку и больше не выпустит.

Ведь лучший способ перебороть страх — это испытать его снова. И Ньют заверил себя, что рядом с Томасом он сможет это сделать.

— Ньют, ты не шутишь? — Томас поймал брошенный ему шлем и заговорил шепотом, всячески скрывая переполнявшее его беспокойство.

— Я думаю, да, — ответ еще менее уверенный, чем «все в норме», сказанное на побережье, — я подумал, что если не сделаю этого сейчас, то потом будет только хуже, — Ньют постарался улыбнуться, пожимая плечами. — Садишься ты или нет?

Три пары глаз: Томаса, Минхо и Терезы — прожигали его взглядами. Ньют их не видел, но ощущал, морщась и ерзая (благо, шлем помогал спрятать любые проявления эмоций). Он выдохнул, стискивая ручки на руле. Знакомо до боли, до мозолей на ладонях. Сколько раз в своей жизни он садился на байк, готовясь сорваться с места и помчаться на одной скорости с ветром — иногда даже быстрее, — так, чтобы захватывало дух и даже привыкшие к постоянному напряжению нервы снова сладостно тренькали под тяжестью непередаваемых ощущений, всякий раз словно бы тех же, но вместе с тем совершенно новых? Выдайся Ньюту минутка пересчитать, он точно запутался бы где-то на числах с тремя разрядами. Только сейчас к новизне ощущений примешивался страх, типичный, разве что, для новичка, но никак не для него, человека, впервые севшего на мотоцикл лет в четырнадцать и с тех пор потратившего солидную часть своей молодости на байке. Ньют прогонял это чувство. Зажмуривался, незаметно дергая головой из стороны в сторону, словно страх этот мог высыпаться, как известка, из ушей.

Когда Томас, справившись с нерешительностью и готовностью спрашивать однотипное монотонное «точно?» без остановки, уселся позади Ньюта и обнял его за талию, вжавшись ему в спину, блондин заметно успокоился.

— Ноги с глушителя убери, — буркнул Ньют, глянув в зеркало заднего вида. — Готов?

По правде говоря, то же самое можно было спросить и у него. И Ньют вряд ли ответил бы вразумительно и уверенно. Но чем больше секунд отсчитывал неизвестный механизм, прочно закрепленный в голове, тем лучше осознавалось, что сейчас не время трястись и с визгом убегать куда-нибудь, говоря, что передумал.

Томас кивнул совсем слабо, едва-едва пошевелив головой. Его волнение, перемешанное с адским нетерпением, замечалось сразу же.

Ньют хмыкнул. Стиснул ручки покрепче. Ключ щелкнул, и мотор мгновенно взревел. Следующие несколько секунд в памяти даже не сохранились, потому что тело действовало само по себе, как у танцора, который повторял те или иные движения долгое время и перестал наконец контролировать их и предварительно прокручивать в голове. За спиной послышался одобрительный возглас Минхо, который, кажется, даже подпрыгнул от радости на месте, крепко обнял Терезу и закружил с бешеной скоростью.

Томас сначала прятался у Ньюта за спиной, но затем, все равно что черепашка, вытянул шею и позволил себе глянуть вперед, туда, где дорога уходила змееподобной темной линией, то прячась за поворотами холмов, то снова появляясь короткими обрубками где-нибудь дальше. Он все еще крепко обнимал Ньюта за талию и мелко дрожал, привыкая, и Ньют мог поклясться, что Томас смеется.