Что касается профессионального обучения в школьном возрасте, то оно не должно начинаться очень рано. Нужно, чтобы были созданы повсюду очень хорошие общеобразовательные школы, но не такие, как сейчас, где бы детей учили не одной книжной мудрости, но учили бы также и тому, как лучше всего приниматься за всякую работу, учили бы обращению со всякими инструментами, давали бы общий навык к труду самому разнообразному, развивали бы глаз и твердую руку, уверенные движения. В такой школе выявляются наклонности ребенка, его способности, и он сможет после школы взяться за труд, который ему больше по душе, который соответствует его силам, его способностям. Тогда он профессию свою изучит скоро и легко. В наиболее передовых в промышленном отношении странах — в Германии и Америке — это прекрасно понимают, и потому там обращено очень большое внимание на правильную организацию трудовой школы, дающей общую подготовку. Ребенок должен восемь-девять лет проучиться в общеобразовательной школе (это практикуется и в Германии, и в Швейцарии, и в других странах), а потом только уже изучить особую специальность, особую профессию. Профессиональная школа не должна, значит, быть предназначена для раннего возраста, и раньше 15–16 лет принимать туда детей нецелесообразно. Профессиональная школа должна давать не только чисто практические навыки, но давать знакомство с профессией в самом широком смысле слова. Это тоже невозможно в слишком раннем возрасте. С ранних детских лет приучать ребенка к той или иной профессии — значит мешать выявлению и развитию его творческих способностей и убивать заложенные в нем духовные возможности Само собой разумеется, что профессиональная школа нового типа должна быть тесно связана с жизнью, и часть обучения должна производиться на самом заводе или фабрике, в той обстановке, в которой учащемуся придется работать после в качестве квалифицированного рабочего. В лучших профессиональных школах Германии, Англии, Америки это так и делается. Всякая школа должна быть связана с жизнью, а профессиональная больше, чем какая-либо другая.

Наряду с техническим образованием, подготовляющим заводских рабочих, необходимо поставить и ремесленную подготовку. Сейчас ремеслу учатся обычно у какого-либо мастера, но это «обучение» на три четверти сводится к употреблению ученика на посылки. Гораздо лучше может проходить обучение ремеслу в особых профессиональных ремесленных школах. Но устраивать эти школы нужно лишь для тех отраслей производства, которые не обречены на гибель. Имеют шансы выжить лишь те ремесла, которые носят художественный характер, требуют от ремесленника большой инициативы и творческой работы. Школы промышленно-художественные так же настоятельно нужны, как и школы технические. И в тех и в других рабочие страшно нуждаются, и нуждаются именно теперь. Так как профессиональное образование составляет кровное дело рабочих, то организацию этого дела надо поставить так, чтобы решающий голос в нем имели рабочие.

1918 г.

СОЕДИНЕНИЕ ОБУЧЕНИЯ С ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫМ ТРУДОМ В ЕДИНОЙ ТРУДОВОЙ ШКОЛЕ

Рабоче-крестьянское правительство провозгласило принцип единой трудовой школы, которая покоится на соединении обучения с производительным трудом.

Но вопрос этот был мало разработан и свалился на большинство учителей как снег на голову. Каждому учителю предоставлено было проводить в жизнь принцип соединения обучения с производительным трудом в меру своего понимания и умения. Очень мало говорилось о том, что это обучение и труд должны быть органически связаны. В результате в большинстве школ проводилось совсем не то, что требовалось.

Понято было так, что дети должны не только учиться, но и трудиться. Учеба осталась старая, но наряду с ней детей заставляли мести полы, мыть посуду, таскать дрова, разгружать вагоны, быть на побегушках.

Школу сплошь и рядом превращали в какую-то мастерскую, где неумеющие учителя обучали детей строгать, лепить, кроить. Недавно мне один знакомый матрос сказал: «У нас в школе перестали учить читать и писать, а все только горшки лепят…» Мне скажут на это: «Ваш матрос не понимает, как важно соединение обучения с производительным трудом». Нет, он это понимает отлично, но он видит, что нет ни обучения, ни труда.

Заявляют: «Мы не можем проводить в школе трудовое начало, потому что у нас при школе нет настоящих мастерских», — и спрашивают у Народного Комиссариата просвещения колоссальные суммы на оборудование мастерских. В этом требовании устройства при школах мастерских сказывается наследие старого воззрения на школу, как на нечто оторванное от жизни, нечто самодовлеющее.

Школьников отгораживают от жизни и хотят научить детей всему в школе, оторванной от жизни. Из требований устройства при школе огородов, полей, мастерских выглядывает понятие школы-монастыря, хотя ее и называют иногда школой-коммуной.