Читаем Трубус полностью

Пионер, резко вывернув руль, чуть не упал со своего велосипеда. - Ы-ы-ы! - крикнул в Трубу с другой стороны Борецкий, окликая Щеблонова.Пошли, вон наш автобус едет. - Подожди.- Щеблонов затянул потуже полотенце на голове.- Счас я выйду к тебе. Труба зовет.- И вошел в Трубу. В ней было прохладно и сумеречно. На любой шорох она отзывалась низким мягким вкрадчивым гулом. Щеблонов шел по ней пригнувшись, осторожно переступая ногами, держась за стенку. Труба. Труба. Труба. В рассказе ее описание глазами Щеблонова занимает почти страницу. С каждым шагом в Трубе делалось все темней. Когда стало совсем темно, он остановился. Ожидаемого им света впереди не было. Он обернулся, но не увидел света и позади. Он оказался в полной темноте, точно его закупорили в этой Трубе. - Эй, Борецкий, ты где? - позвал он. Что-то ткнулось ему в ноги и фыркнуло. "Кошка",- вспомнил Щеблонов. - А ты где? - откуда-то издалека донесся голос, как с того света. - А я здесь.- Щеблонов был в недоумении, ему казалось, что он уже давно дошел до поворота Трубы, однако же белого дня в ее отверстии не наступало. "Все это очень печально".- подумал он. - Автобус наш ушел,- сообщил Борецкий.- Заснул, что ли? - Вот попал... Неужели мне так и придется идти - куда подальше? - не терял чувства юмора Щеблонов. Он сделал вперед еще шагов пять, но нет, нс было никакого просвета во тьме. - Ты идешь или что? - устало звал его Борецкий. - Это какой-то нефтепровод! - сказал Щеблонов и сам испугался этой мысли - так она походила на правду. Он повернулся и бросился бежать из Трубы назад, выворачивая ноги, отталкиваясь от шершавых стенок руками, ничего во тьме нс различая. Он думал, что Труба никогда не кончится, но как-то внезапно вдруг в лицо ему ударил яркий дневной свет, он вдохнул жаркого плотного воздуха и вывалился из Трубы па пустырь - к ногам Борецкого! Этого не может быть! Он же возвращался, что за черт! Несколько строк междометий. Я ведь повернул назад, я точно помню! - Щеблонов все не мог прийти в себя от изумления. Пока он чесал за ухом. Борецкий смотрел на него, поджав губы. - Повернул назад? Когда? - Когда шел через трубу к тебе. Я прошел, мне кажется, метров сто, понял, что идти дальше бесполезно, и повернул назад. И оказался здесь? Дошел, значит? У тебя просто голова закружилась,- все поставил на свои места Борецкий.- Совсем дошел. Щеблонов сел у Трубы на корточки и пригорюнился: ковыряя песочек пальцем, задумался о чем-то своем. Смотреть было жалко, такой он был грустный, с головой, обмотанной полотенцем. Борецкий сначала подул на него, а потом стал обмахивать журналом "Смена". - Попробуй-ка теперь ты! - надумал наконец Щеблонов. Борецкий свернул журнал в трубочку и, сказав "Я скоро", вошел в Трубу. - Я тебя ждать буду,- со слезой в голосе сказал ему Щеблонов и поспешил встречать его на другой конец Трубы. Борецкого не было долго. - Ну? - крикнул в Трубу истомившийся Щеблонов. Он снял с головы полотенце и вытер мокрое от пота лицо. - Здесь кошка! - крикнул Борецкий.- Хватит, я возвращаюсь. Но вышел он из Трубы, как и ожидалось, прямо к Щеблонову. - Смотри-ка, выбрался! Борецкий же, казалось, нисколько не был этим удивлен. - Я там журнал посеял,- такой он был невозмутимый, что его, вероятно, самого жуть брала. - Кошмарная труба,- все же произнес он, потягиваясь и разминая спину. - Туда идти - не дойти, а обратно повернуть - не вернуться.- бормотал Щеблонов. - Бог знает куда зайдем...

Отчаянно работая педалями, подпрыгивая на кочках, мимо них пронесся пионер на звенящем велосипеде. - Что она мне напоминает, эта труба, никак не вспомню,- мучился Щеблонов. - Черные дыры? Нет? - Какой-то парадокс... Что-то из теории относительности. - На гиперпереход не похоже? - думал вслух начитанный Борецкий. - То ли мне снилось нечто подобное, когда идешь, идешь, тащишься из последних сил, потом пугаешься... - На Рог Изобилия не похоже? - Ребус. Ничего понять нельзя,- ломал голову Щеблонов. - Ребус... Это ведь надо умудриться такую дрянь сварить. Умельцы! Вот ведь хреновина, ничего не скажешь! Бракоделы! - ругался Борецкий.

На следующих семи-восьми страницах рассказа Щеблонов и Борецкий, пытаясь во что бы то ни стало разобраться в случившемся, заходят и выходят из Трубы, бродят по ней в разных направлениях- вдвоем и поодиночке, экспериментируют: то веревочку протянут, то камешки круглые катают, то еще что-нибудь придумают, даже задом наперед в Трубу входили. Простучали ее изнутри и снаружи, проследили каждый свой шаг, сожгли два коробка спичек, все вроде бы осмотрели, по результат был прежним: им не удавалось пройти Трубу насквозь, если они шли по ней все прямо, и, лишь повернув назад, они добирались до ее конца. Ребус, одним словом, как верно заметил кто-то из них, кажется. Борецкий.