Читаем Тротиловый эквивалент полностью

Так до сих пор никто ничего и не понял. Имеем лунный ландшафт и много металлолома. Сейчас железо остынет, эксперты работать начнут – ну и Глебыч, разумеется, с ними. Может, чего и прояснят. Рваться там вроде бы нечему, а других разумных версий на этот счет просто нет. Не полтергейст же этак изуверски пошалил! У нас в армии всех полтергейстов еще до денежной реформы повывели…

***

До обеда мы бездельничали в расположении команды. Вернее, бездельничали не все: два члена кое-чем занимались. Глебыч ковырялся в бывшем парке инженеров, а Иванов с натугой рожал вариант обмена Сулеймана на Шаха. Вариант был не просто неперспективный, а прямо-таки утопический от буквы до буквы. Право на существование он имел только в том случае, если Витя внезапно сойдет с ума и выдаст разрешение попробовать еще разок наступить на те же грабли.

Не надо думать, что полковник впал в маразм. Просто это не в его характере: сидеть сложа руки и молча наблюдать, как умирает так славно начатая оперативная комбинация. У Иванова по этому поводу есть правило:

– Бывает так, что ситуация кажется совсем тупиковой и бесперспективной…

Но если тебе в такой ситуации больше нечего делать, не торопись праздновать поражение. Потопчись рядышком еще некоторое время, поработай мозгами в разных направлениях… Вдруг ты чего-нибудь не заметил?

В общем, не знаю – наверное, я тупой и ограниченный тип. Потому что в сложившейся ситуации точно ничего не заметил – кроме реальной перспективы огрести громадную оплеуху, которая всем нам светила по окончании данной разработки. Но Иванов, товарищ старой закалки, привык бороться до победного конца и не сдаваться даже ввиду явного проигрыша…

Вася с Петрушиным от нечего делать прогулялись по окрестностям и вскоре принесли свежие новости. Вся группировка смаковала ночное происшествие в инженерном парке и строила гипотезы по поводу случившегося. Среди множества прочих, имевших хоть какие-то реалистичные основания, затесались две очень даже неслабых – мне они жутко понравились.

Первая: это инопланетяне. Типа, сели не туда и не совсем удачно. Кстати, кроме шуток: у нас тут порой случаются такие странные вещи, что поневоле можно призадуматься… Например, частенько летает по небу какая-то фигня с тремя огоньками. Совершенно беззвучно и медленно. Разведчики говорят, что на локаторах – пусто. Серега утверждает, что его коллеги ничего такого не запускали. Вертушки пытались за ней гоняться – тоже пусто, с воздуха ее вообще не видно, приборами не детектируется. А сколько раз пытались подбить эту непонятную штуку из всех видов оружия – я даже и не говорю. Наверное, месячный боезапас полка извели. Как будто фантом какой! Так что, согласитесь, версия в определенном контексте имела право на существование.

Вторая гипотеза: наши инженеры проводили испытание нового оружия. Типа, плазменного, импульсного или квантового. А может, сразу в куче: импульсного квантоплазмера. И чего-то там не рассчитали. Тоже нормальная версия – с учетом сложившихся условий. Многие военные спят и видят, как бы побыстрее отсюда вывели группировку, а вместо нас прислали бы каких-нибудь Терминаторов с новым оружием. Вот бы они здесь порезвились…

К обеду вернулся Глебыч. Приволок с собой пакет с разной дрянью: отпиленный кусок какой-то гнутой железяки, пару железяк поменьше и клок обугленной тряпки, то ли бумаги – не сразу и поймешь. Был Глебыч уже опохмелен, отчего-то в приподнятом настроении и даже мурлыкал под нос песенку.

– Ландыши, бля буду, ландыши… майского солнца привет… Ландыши, бля буду, ландыши – целый букет… Вот…

– Значит, есть не будешь, – с надеждой уточнил Вася, стрельнув глазами в сторону плиты – там Серега как раз мешал жареную картошку. Сковорода большая, картошки вроде хватает. Но это ведь Вася…

– Буду, – не стал обнадеживать товарища Глебыч. – Аппетит – зверский!

– А по какому поводу радость? – мрачно спросил Иванов.

– Это Шах, – Глебыч ткнул пальцем в свою добычу, разложенную на краю стола. – Теперь все ясно…

– Может, водки? – озабоченно уточнил Петру-шин.

– Не хочу, – покачал головой Глебыч. Все дружно переглянулись. Глебыч не хочет водки. Это мощное отклонение от нормы.

– Ничего страшного, – заверил я коллег. – Посттравматический синдром, не более того. Через пару дней отойдет…

– Это Шах, – Глебыч взял мелкую железяку и подбросил ее на ладони. – Непонятно?

– Непонятно, – покачал головой Иванов. – Просвети нас, недоумков…

Глебыч просветил. Вот это – огрызок от бампера нашего убитого «УАЗа». Сам пилил. Вот это – поршневой палец. Это – фрагмент поршня. И в завершение – кусок перкали…

– А на нем было написано, что это именно бампер «УАЗа» команды номер девять? – скептически хмыкнул Иванов.

Не уловив понимания в наших глазах, Глебыч пожал плечами и заметил: скепсис не в ту сторону. Бампер – это не вопрос, в автопарке других «УАЗов» просто не было, так что сразу понятно – чей. А вот по поводу всего остального…