Читаем Тропа бабьих слез полностью

Недолго любуясь золотой статуей, Погорельцевы убрали за собой место. Взяв в руки лопаты, Фома Лукич и Маркел закидали назад землю, все до последней лопаты, сверху, уложили пласты дерна с травой. Софья и Таня утащили в сторону жерди, как можно дальше от людских глаз. Потом мужики сели на коней, проехали по тропе вперед, на перевал, путая следы, повернули в сторону, вернулись назад. Уложив коня, они прочно привязали Тотана поперек спины, собрались сами, закрепили инструмент, тронулись в обратную дорогу. На некотором расстоянии Фома Лукич повернулся, проверил, все ли ладно. Несведущему глазу непонятно, что происходило у камня. Никто не догадается, что здесь копали землю. Особенно, разъезд красноармейцев. В последнее время, охраняя границу с Монголией, чекисты часто – раз или два в месяц, – проезжают по тропе Бабьих слез и обратно. Правительство молодого Советского государства поставило охрану своих территорий на букву Закона. С одной стороны, это хорошо. Несколько лет из-за кордона уже не появляются купцы – перекупщики пушнины и золота, залетные старатели, кыргызские бандиты и бродяги. С другой – однажды красные, рано или поздно, обязательно найдут староверческую заимку Погорельцевых.

Назад караван шел неторопливо, будто желали продлить триумфальное шествие с бесценным грузом как можно дольше. Это понятно, не каждый день людям случается открыть тайну Саян. Погорельцевым такой случай представился. Однако они не желали использовать его в целях выгоды. Тотан должен служить людям тайги, коренному населению, тем, кто по-настоящему страдает и борется в противостояниях с сибирской природой; кто надеется жить в тайге лучше; кто чист душей, телом, помыслами и, не считаясь с личными невзгодами, не продаст свою веру под страхом смерти.

Где искать хозяина Тотана, Погорельцевы не знали. Себя хозяевами буддийского Бога они не считали. У Сибири суровая история. Древние летописи и легенды не знают строки, где бы человек не испытывал горе. Постоянные войны между племенами, монголо-татарская кабала, непосильные подати терзали культуру народа кыргызов. Помощи ждать было неоткуда. Единственная отдушина для страждущих была вера. Изменить ей – значит изменить своему народу.

За несколько сотен лет, пока Тотан лежал под камнем, умерло несколько поколений. Давно нет в живых тех или того, кто выбивал на камне рисунки. Вероятно, нет и того племени, кому служил золотой Будда. Однако Погорельцевы свято верили, что рано или поздно, может, через столетия, найдутся настоящие хозяева, потомки рода, поклоняющиеся Тотану. Иначе не может быть! Тотан должен принадлежать настоящим хозяевам. Об этом говорит сам Тотан. Все было не зря: снежная лавина, камень, годы большой тайны, наконец, провидение Софьи. Тотан сам выбрал своего спасителя. Однажды он сам найдет своих поклонников. В этом Погорельцевы не сомневались.

До того времени, когда это будет, буддийский Бог Тотан будет храниться в пещере святой горы Пайдаба (священный перевал). Сейчас верующие Сибири переживают нелегкие времена Великой смуты. Для всех, кто живет с Богом в сердце, идет нелегкая жизнь. Притеснения и гонения вероисповедования Советами подобны временам раскола при патриархе Никоне. Все же старообрядцам тогда можно было спрятаться в далекой Сибири. Теперь от внимательного взгляда чоновцев деваться некуда…

Что ждет древнего Бога Тотана, если он попадет в руки советской власти? В лучшем случае статуэтка займет место где-то в музее Петербурга или Москвы, где настоящие верующие, поклонники Будды, никогда его не увидят. Никто не узнает истинную цену изваяния, признание которому боль, кровь, страдания целого народа. На него будут смотреть другие люди, никогда не видавшие сурового края, не знающие чужой истории. Зачем кому-то чужая история? Рядовому обывателю будет достаточно надменных слов экскурсовода, объясняющего причину появления золотой статуи в галерее музея сокровищ: «Посмотрите сюда! Вы видите перед собой древнюю статую буддийского Бога, которому поклонялись неграмотные, забитые, обманутые племена… Статуя найдена знаменитым ученым Федоровым (или Ивановым) при таких-то обстоятельствах». В ритмике хладнокровного повествования не будет слов правды о том, кто истинный поклонник Тотана, как не будет упомянут род каких-то отшельников Погорельцевых, откопавших золотого Будду из-под камня в глухой тайге. Да и вообще вряд ли будет сам Тотан. Вероятно, это будет всего лишь муляж, полная копия статуэтки. А буддийский Бог, как большая ценность, будет переплавлен в золотые слитки, потому что шесть пудов золота – это не валенки на печке.

Возможно, Тотан попадет в руки какому-то частному коллекционеру; в руки мошенников, которые распилят его на части, перепродадут, обменяют. И за всем этим будет стоять только семь известных всему миру заповедей искушения.