Читаем Троя полностью

Из вышесказанного можно увидеть, что профессор Вирхов не считает более необходимой туранскую примесь для объяснения существования короткоголового типа. Что касается фракийской примеси в населении Малой Азии, то я думаю, что с точки зрения истории имеющийся у нас материал просто огромен. Филологи, естественно, хотят решить этнологические вопросы как только возможно с точки зрения своей собственной, специальной науки. Нельзя отрицать и того, что их работы прекрасно дополняют и отчасти помогают проверить исторические и лингвистические данные. Однако после определенной точки дальнейшие исследования и решения в делах антропологии становятся почти бесцельными. Профессор Вирхов фактически сам указывает на эту трудность, говоря о короткоголовости албанцев и армян, и еще более – своими замечаниями на странные соприкосновения даже между многими арийскими, семитскими и хамитскими черепами. В одном из своих приложений к великой работе Шлимана «Илион» он уже с большим основанием говорит:

«Наши реальные знания о краниологии древних народов все еще весьма невелики. Если бы было верно, что, как предполагают некоторые авторы, древние фракийцы, как и современные албанцы, были брахицефалами, то мы, возможно, могли бы связать с ними людей, представленных брахицефальным черепом на Гиссарлыке. С другой стороны, долихоцефальность семитов и египтян могла бы позволить нам искать для долихоцефальных черепов Гиссарлыка и столь дальнее происхождение. Но если помимо индекса черепа мы примем во внимание всю формацию головы и лицо долихоцефальных черепов, то мысль о том, что эти люди были представителями арийской расы, представляется весьма вероятной. Поэтому я полагаю, что специалист по естественным наукам перед лицом этих проблем должен отступить и оставить дальнейшие исследования археологу».

С исторической точки зрения Малая Азия, видимо, была обитаема последовательно или одновременно столькими разными расами – арийской, туранской, семитской и, может быть, даже отчасти хамитской, – что в отсутствие лингвистической и других проверок многие этнические проблемы могут, возможно, остаться навеки неразрешимыми. Однако я полагаю, что два очень важных факта ясно встают перед глазами тех, кто хочет беспристрастно вчитаться в свидетельства античных авторов; и, если мы потушим эти фонари (как мудро сказал один более старый английский автор), какой другой свет останется нам?

Факты таковы: 1) великое фракийское племя – «величайшее», согласно Геродоту, «вслед за индийским» – распространилось как по Восточной Европе, так и по Малой Азии под множеством племенных названий, таких как фракийцы, мисийцы, лидийцы, вифинцы и т. д.; 2) фракийцы были связаны с гетами, готами и германцами. Здесь не место детально подкреплять эти утверждения обширными цитатами из Каллина, Геродота, Гомера, Страбона, Стефана, Капитолина, Флавия Во– писка, Клавдиана, Кассиодора, Прокопия и других – то есть писателей, живших в самые различные эпохи на протяжении от 1400 до 1500 лет; не говоря уже о готе Иордане, среди народа которого должны были сохраниться древние племенные сказания. Эти положения будут более полно рассмотрены при другой возможности. В них также нет никакой новой теории.

Третий важный факт заключается в том, что фракийское племя лежит в основе также троянского или тевкрского населения, что я попытаюсь показать при другой возможности. Страбона поразило обилие фракийских названий местностей в Троаде. Город по имени Илион существовал и в европейской Фракии, а также в Малой Азии. Профессор Вирхов, а также доктор Шлиман обнаружили множество аналогий между троянскими и старыми венгерскими древностями. Возможно, эта тайна объясняется тем фактом, что во времена Античности фракийские племена селились как на Тисе, так и на Скамандре. И если считать «фракийский» альтернативной формой понятия «тевтонский», замечательно, что к западу от реки Тисы, у слияния Дуная и Дравы в древности находился Тевтобургий.

Само название фракийцев, а также фрикийцев, как я считаю, можно объяснить из тевтонской филологии. Из того, что мы знаем о фригийской речи и других фракийских наречиях, мы видим замечательное родство отчасти с древнеисландским, отчасти с немецким. Греческие авторы свидетельствуют о том огромном влиянии, которое фракийская раса – одаренная в музыкальном, военном и вообще во всех отношениях – оказала на эллинский мир.