Читаем Троя полностью

Поскольку гора Куршунлю-Тепе заканчивается тупым углом, представляется вероятным, что мусор от поселения был смыт вниз по склону зимними дождями, и именно поэтому следы человеческой деятельности на склоне холма так скудны. Однако мне совершенно непонятно, почему скопление остатков настолько незначительно в большой впадине на северо-западной стороне и на плоских террасках, а также в других местах. Многие путешественники говорят о том, что на восточной и западной стороне этого холма существовали два каменных круга, напоминавшие кромлехи, и полагают, что они относятся к незапамятной древности. Я также видел эти каменные круги, но тут же признал в них фундаменты пастушьих хижин, выложенные современными турецкими пастухами. Поверхность холма усеяна фрагментами очень грубой керамики, очевидно больших кувшинов.

С вершины Куршунлю-Тепе путешественнику открывается неописуемо прекрасный вид. У его ног – обширная долина Байрамича, по которой извиваются бесчисленные изгибы Скамандра, долина со всех сторон окружена склонами Иды, чьи высочайшие вершины, Гаргиусса (Гаргар) и Сарикис, величественно вздымаются вверх.

Кроме того, я вырыл квадратную шахту со стороной 2 метра в искусственном коническом холме, именуемом Кучек-Тепе (холмик), расположенном на берегу Скамандра примерно в миле к югу от Куршунлю-Тепе, однако здесь я не мог продвинуться далеко из-за того, что натолкнулся на огромные камни, поскольку у меня не было ломов для того, чтобы их сдвинуть. Возможно, как и башня на Ужек-Тепе, эти камни должны были сделать холм более прочным. Здесь я не нашел ничего, кроме костей животных и весьма неинтересных фрагментов черепиц и больших кувшинов.

§ V. Куршунлю-Тепе – древняя Дардания и Палескепсис

Я всегда считал, что гомеровская Дардания, а также древний Скепсис (Палескепсис) оба были расположены на высоких плато близ вершин горы Ида. Однако по веским причинам (которые будут объяснены в моем «Путешествии в Троаду», приложение I к этой книге) очевидно, что там невозможно и не было возможно никакое человеческое поселение. Фактически Гомер нигде не говорит нам, что та Дардания была расположена высоко в горах; он говорит, что она находилась на «погориях Иды»[345], то есть у подножия горы Ида, и я вполне убежден в том, что здесь не имелось в виду никакого более высокого места, нежели Куршунлю-Тепе, поскольку город мог быть построен только на том месте, чьи окрестности были достаточно плодородными, чтобы накормить своих обитателей; однако совсем не так обстоит дело с самыми высокими деревнями на горе, а именно Оба-Кей и Эвджилар[346], земля которых едва производит достаточно, чтобы накормить скудное население. Далее, мы должны принять во внимание, что гомеровская Дардания была расположена в Дардании – владении Энея, которое, согласно Страбону[347], ограничивалось небольшим горным склоном и простиралось в южном направлении до окрестностей Скепсиса и на другой стороне к северу, до ликийцев, живших вокруг Зелии. Таким образом, я полагаю, что Куршунлю-Тепе и было первоначальным местоположением древней Дардании, чье положение Страбон не мог определить[348] и говорит только, что она, возможно, была расположена в области Дардания. Поскольку, более того, согласно традиции, сохраненной у Гомера[349], обитатели Дардании эмигрировали и построили Илион, я полагаю, что заброшенный город на Куршунлю-Тепе был заселен другими колонистами и был назван Скепсисом, поскольку, как полагает Страбон[350], Скепсис расположен на возвышенности и виден издалека. Точно так же, как, согласно Гомеру, Дардания была резиденцией древних царей, так, согласно Деметрию, как его цитирует Страбон[351], древний Скепсис оставался резиденцией Энея. Он был расположен над Кебреной, а именно ближе к Иде и был отделен от Иды Скамандром[352]. Далее Страбон говорит[353], что жители Скепсиса построили на расстоянии 60 стадиев от древнего города новый Скепсис, который все еще существовал в его время и был местом рождения Деметрия. Поскольку расстояние от Куршунлю-Тепе до Байрамича составляет как раз два часа и, таким образом, около 60 стадиев и поскольку на месте Байрамича очевидно был расположен древний города и также поскольку здесь было найдено множество монет позднейшего Скепсиса, то я считаю, что правильно будет их отождествить.

§ VI. Город Кебрена

Перейти на страницу:

Все книги серии Илион

Илион. Город и страна троянцев. Том 1
Илион. Город и страна троянцев. Том 1

Великая мечта, ставшая смыслом жизни, долгим и кружным путем вела Генриха Шлимана, немецкого коммерсанта, путешественника и прославившегося необыкновенными открытиями археолога-любителя, к легендарному Илиону. Ознакомившись с подробнейшим отчетом о раскопках, проведенных Шлиманом в толще холма Гиссарлык, Микенах и Тиринфе, не только специалисты-археологи, но и все интересующиеся историей смогут оценить вклад в мировую науку знаменитого энтузиаста, общепризнанного «дилетанта» и всемирно известного исследователя древнегреческих древностей, посвятившего более десяти лет поискам и раскопкам «града Приама». Особую ценность книге придает обширный иллюстративный материал и автобиография автора, сотворившего легенду о самом себе. Данная работа переведена на русский язык впервые, что делает это издание уникальным.

Генрих Шлиман

История / Образование и наука
Илион. Город и страна троянцев. Том 2
Илион. Город и страна троянцев. Том 2

Великая мечта, ставшая смыслом жизни, долгим и кружным путем вела Генриха Шлимана, немецкого коммерсанта, путешественника и прославившегося необыкновенными открытиями археолога-любителя, к легендарному Илиону. Ознакомившись с подробнейшим отчетом о раскопках, проведенных Шлиманом в толще холма Гиссарлык, Микенах и Тиринфе, не только специалисты-археологи, но и все интересующиеся историей смогут оценить вклад в мировую науку знаменитого энтузиаста, общепризнанного «дилетанта» и всемирно известного исследователя древнегреческих древностей, посвятившего более десяти лет поискам и раскопкам «града Приама». Особую ценность книге придает обширный иллюстративный материал и автобиография автора, сотворившего легенду о самом себе. Данная работа переведена на русский язык впервые, что делает это издание уникальным.

Генрих Шлиман

История / Образование и наука

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену