Читаем Трижды герой полностью

С радостью сообщаю Вам, что сегодня, 2 мая 1944 года, на прифронтовом аэродроме мне вручили ваш самолет. Это самый лучший наш самолет «Лавочкин». На нем сделана надпись, которую Вы просили.

Позвольте заверить Вас, дорогой Василий Викторович, что я буду бить врага на вашем самолете так, как приказывает Родина, как просите Вы. Сейчас у меня на боевом счету тридцать семь сбитых самолетов врага. Но это только начало мести фашистским захватчикам за убитых и замученных советских людей, за разрушенные наши города и села. О каждой своей победе над врагом буду Вам обязательно сообщать. Вас же прошу — пишите о своем житье-бытье. Хочется знать об успехах вашего колхоза «Большевик», о ваших успехах и здоровье.

Желаю всего .наилучшего и сердечно Вас благодарю.

С боевым приветом капитан Иван Кожедуб».

На рассвете Кожедуб был у своего нового самолета. Механик Иванов уже хлопотал подле него.

Предстоит серьезная боевая задача — прикрыть с группой в восемь самолетов советские наземные войска в районе города Тыргу-Фрумос. На этом участке фашисты предприняли контрудар, бросили против наших войск много танков и истребителей «Фокке-Вульф-190».

Подлетев к линии фронта, Кожедуб сразу же увидел вражеские самолеты. Их было около тридцати.

— Ребята! За «фоккерами» появятся пикирующие «Юнкерсы»! — крикнул Кожедуб по радио. — Постройтесь так, чтобы не застали врасплох.

Отдав команду, Кожедуб ринулся на строй фашистских самолетов и сбил один из них.

Счет нового самолета открыт. Месть за «героя нашего времени» Конева!

Вскоре на имя командира части Ольховского пришло письмо от колхозника Конева. Старый пчеловод писал:

Наш район приготовил сто килограммов меду для летчиков вашей части. Скоро получите. Кушайте с чаем на здоровье. Урожай в нынешнем году ожидается хороший.

Сыновья мои воюют на фронте, и Иван Никитич будет мне вместо сына на один только день.

Жду вашего ответа, жду Ивана Никитича в гости, желаю ему и всем его друзьям боевых успехов и чтобы они с победой вернулись домой».

Пора была горячая, и выполнить просьбу Конева командование, конечно, не смогло.

Снова Кожедуб ведет группу самолетов на прикрытие наземных войск. Над линией фронта встречаются восемь немецких истребителей. Они уходят в сторону Ясс, не принимая боя. Внезапно раздается команда с земли.

— Ястребы, ястребы, будьте внимательны! Приближается большая группа вражеских бомбардировщиков.

Идут больше тридцати вражеских бомбардировщиков. Впереди них следуют ушедшие было к Яссам истребители.

Группа «Лавочкиных» со всех сторон врезается в армаду вражеских бомбардировщиков и истребителей. Леня Амелин сбивает один «Юнкерс». Враг, сбрасывая бомбы на свои же войска, начинает уходить.

Приближается вторая группа фашистских самолетов. Кожедуб командует: одним — связать боем вражеские истребители, другим — атаковать бомбардировщики.

В воздухе начинается настоящая карусель. Боевой порядок «Юнкерсов» расстроен. Но советские самолеты, получив повреждения, один за другим уходят домой. Бой продолжать они не могут. Вражеских истребителей стало еще больше. Кожедуб уже не видит никого из друзей, мелькают одни черные кресты на фюзеляжах и крыльях «Мессершмиттов».

Надо уходить к облакам. Но вдруг команда с земли: