Читаем Тринитарное мышление и современность полностью

- Не знаю я никаких Мамоновых, - сказала Татьяна, - я пока, тьфу - тьфу, никакого разрушения тела не чувствую. Я также не знаю, какие там цели у монахов, у меня сейчас одна цель - вырваться из бедности. Я вам так скажу, девоньки, когда зарабатываешь деньги сама, ни на какого другого дядю уже работать не хочется. У меня такое чувство, будто крылья выросли, будто проснулись органы, которые тридцать пять лет спали, как у Ильи Муромца.

- Меня, на самом деле, - сказала Марина, - бизнес тоже привлекает, но не только как делание денег, а как делание нового общества, новых отношений, как способ борьбы с совдепией, с которой хочется навсегда расторгнуть отношения. Ну а в материальном смысле, покой и уважение к частной жизни за деньги можно купить только здесь, в Греции, у нас даже за деньги этого не купишь.

280

- За большие деньги можно, - ответила Татьяна. - Я вот сейчас ров делаю вокруг дома, с колючей проволокой.

- И вы это называете покоем? - улыбнулась Марина.

- А кто меня там будет беспокоить, кроме комаров? - удивилась Татьяна. - Если только бомбу сверху сбросят, так ее и здесь, в Греции, сбросят. Я вам так скажу - я всего своим горбом добилась и Сергея вытащила, вместе с его дурацкой философией. Он мне все говорил: не хочу, чтобы моя муза молчала. А я ему говорю, да кто ее сейчас слушает, кроме тебя самого... У вас две квартиры, продавайте, девчата, одну и начинайте свое дело, сейчас еще можно, через год-два будет вдвойне трудней, только за огромные деньги.

- Да я бы хотела продать квартиру, но не для бизнеса, а чтобы попутешествовать, очень хочется попрощаться с миром, он так красив, - сказала Марина и посмотрела на звезды, мерцавшие сквозь виноградные листья.

- Да что вы такое говорите? Такая молодая, красивая, вам жить да жить! - возмутилась Татьяна.

- Но прощаться можно долго, - улыбнулась Марина, - стран на свете очень много, я просто так выразилась.

Вернулась "новорусская" жена за своим благоверным, и мы стали прощаться на ночь. - Девчата, поехали с нами завтра на обувную фабрику в Салоники, - предложила Татьяна.

- Наш Федул обещал нас завтра свозить на два дня в Афины, сказала я.

- Не вздумайте, - ответила Татьяна, - там такая жара, что собаки в обморок падают. Если не хотите на фабрику, уж лучше покатайтесь на морских аттракционах, нам на резиновом банане очень понравилось, так страшно и здорово в открытом море. А главное - о бизнесе подумайте, это интересней, чем все аттракционы, вместе взятые.

281

Мы пошли с Мариной на верхнюю террасу, чтобы искупаться в бассейне перед сном, хотелось снять усталость. Мы поплавали в прохладной воде вместе с отраженной в ней луною, надели легкие халатики и пошли к краю террасы подышать воздухом и полюбоваться на ночной Ханиоти, некогда принадлежавший пределам Византии. Была чудесная ночь, дул легкий западный ветерок Зефир. Воздух был наполнен запахом асфодели, растущей за оградой. Мы сидели на террасе и смотрели на сияющую вселенную, на мачтовые огоньки на море. Неподалеку от нас сидела пара - пожилая немка с жестким лицом и огромной сигарой во рту, а напротив нее белокурый юноша. На столе у них горели свечи, очевидно, у них был романтический ужин. Выражение лица этой стареющей Киприды говорило о том, что за деньги можно купить все. К нам с Мариной подбежала знакомая кошка с огромными желтыми глазами, очень похожая на нашего кота Арнольда, ее мы звали Кассандра, потому что такое название имел район, в котором располагался Ханиоти.

Голосом древнегреческой пророчицы Кассандры прозвучали слова песни, доносившейся откуда-то снизу, ее пел какой-то русский:

- "Не больничным от вас ухожу коридором, а сказочным Млечным Путем..." - Он вдруг прекратил петь и громко сказал кому-то: - Ты посмотри, какое царство звезд! Я тоже хочу быть звездой!

Юный бог сна Гипнос прилетел к нам на своих крыльях, а ему, как известно, не могут противиться ни смертные, ни боги. Засыпая, Марина сказала:

- Татьяна молодец, сама из нищеты вылезла и философа своего заодно; конечно, это не титаны, из которых рождаются Олимпийские боги, но они уже не совдепы, не рабы.

Мне вдруг стало понятно, что прежняя жизнь уже невозможна, она себя исчерпала, возникло что-то необратимое.

282

II. Беседа, состоявшаяся на кухне московской квартиры, за два месяца до ухода Марины

Утро. Только что закончился дождь. За окном мокрые темно-зеленые листья. Мы с Мариной сидим на кухне и пьем кофе с бананами. На Марине надет белый махровый халат, который ей подарил Николай, художник из Благовещенска, из кармана халата виднеется письмо, оно пришло сегодня утром. Марина его уже прочитала и теперь задумчиво смотрит в окно, а в ее глазах читается какое-то разочарование.

- В дождливую погоду люди сидят по щелям, и, глядя на мокрые листья, кажется, что мир полон значения, - сказала она. - А в хорошую погоду люди вылезают, и начинается дурная активность, и все кажется бессмысленным.

- Что пишет Николай? - спросила я осторожно.

- Он пишет о любви, о своих картинах.