Читаем Тринитарное мышление и современность полностью

Историческая реальность - это реальность, замутненная заблуждениями и ошибками людей, а исторические события - это воплощение и последствия такого состояния сознания. Человек приходит в мир, и вместо гармонии его встречает какофония и причудливый порядок, который мало чем отличается от хаоса. Знаки этой замутненности не являются чем-то экстраординарным, они преследуют нас буквально на каждом шагу; как только эта мрачная энергия конденсируется, вспыхивают ссоры, конфликты, войны, болезни, приходит смерть, совершаются преступления, и далеко не все из них занесены в уголовный кодекс.

Когда за несколько столетий до нашей эры индийский царевич из рода Шакья пережил эту замутненность реальности как потрясение, как личный, необыкновенно яркий опыт, он оставил свой дом, привычную жизнь, для того чтобы найти вход в область чистой реальности, свободной от всякой замутненности. Гамлетовский вопрос: "Быть или не быть, достойно ли смиряться под ударами судьбы, иль надо оказать сопротивленье..." - он решил: "быть", но вот вопрос - "как"? Как выйти на уровень подлинного бытия? Много лет царевич потратил на поиски подлинности в жизни, не какой-то меры подлинности, которую можно было бы описать количественно, а качественно иной абсолютной подлинности, в свете которой всякая замутненность испарялась бы, как вода на солнце. И когда он наконец нашел, назвал это состояние "татхата", то есть абсолютная подлинность. Он как бы озарился внутренним светом, стал просветленным - "Буддой"... и создал новую философию пути.

По этому пути не проскачешь на одной ножке, не проедешь на инвалидной коляске, никто не пронесет тебя по этому пути на руках или на спине. Этот путь человек проходит только сам, от первого и до последнего шага. У

7

каждого должен быть свой экзистенциально найденный ход, и лишь тогда в человеке происходит процесс, способствующий образованию целостной личности. Но на этот, осмысленный с таких позиций, путь длиною в целую жизнь решаются единицы. Нельзя войти в абсолютную реальность без абсолютной отданности. А человек лукав, его сознание двоится и раскалывается: страдать от замутненности реальности больно и не хочется, но и необходимость отдать себя полностью ради абсолютной подлинности вызывает подобные же чувства. Почти 2000 лет назад в Иудее родился Христос. Его послание человечеству стало "благой вестью" о возможности освобождения от этой убийственной двойственности. Человек, который так боится смерти, не подозревает, что сам провоцирует ее неизбежность своей болезненной волевой установкой - согласием на двойственность, которая приводит к замиранию в неестественном положении. Это замирание и есть первый признак смерти, как первая раковая клетка, из которой с течением времени разовьется убийственная для всего организма опухоль.

Процесс расщепления сознания начинается еще в детстве, когда ребенок приспосабливается к требованиям взрослых, которые даже и не пытаются разгадать тайну Божественного в нем, а навязывают ему свои представления о том, каким он должен быть. Родители, как правило, видят свою жизнь, а не жизнь ребенка; благоговения к ребенку как к инаковой, чужой жизни у них нет; жизнь ребенка "прикладная", ребенок не самоценен, а только важен как продукт семьи, как доказательство успеха в жизни. Бывает, что родителям не хватало социального одобрения, и они хотят этого одобрения для своих детей, иногда они хотят духовного развития ребенка, но это не значит, что они хотят добра.

Манипулирование жизнью ребенка порой происходит еще до его рождения, когда мать уже знает, кого она хочет

8

и кем он будет. Например, она может хотеть, чтобы он непременно играл на пианино, - хотя он предназначен совсем к другому. У многих людей "пуповину" перерезали прежде родов, они еще не успели выпустить свою витальность, а "кислород" им уже перекрыли, уже проманипулировали. А ведь ребенок, приходящий в мир, это не чистый лист, а код, и нужно всматриваться, когда эти таинственные литеры проступят. Благоговение и оберегание, чтобы тайна не погибла, - такой должна быть материнская любовь. Но атеизм, живущий в матери, не дает ей возможности созерцать таинство воплощения Бога в себе и в ребенке, исполнение того, что задумал Бог.

Родители, как и большинство людей, боятся бездны жизни и потому сводят свою жизнь и жизнь ребенка к определенным функциям как некоторым границам, в рамках которых ему позволено существовать; порой эти функции задаются очень жестко. Родители отсекают то, чтоявляется личностным достоинством, вгоняя подвижно-пластичное сознание ребенка в жесткие дисциплинарные рамки. В детстве импульсы еще не оформлены, энергия выходит как бы пучками, взрослые же люди уже приспособились, поэтому им не нужна динамика, и ребенок получает инъекцию того, чтобы жить не по склонности, а так, как тебя заставляют.