Читаем Тринадцатый ковчег полностью

Во влажном воздухе его голос звучал глухо. Аэро не знал, как действовать, и это его угнетало: обычно он моментально угадывал стратегию оппонента. «Как эта локация влияет на тебя?» Аэро, наверное, полагалось успокоиться при звуке отцовского баритона, однако он лишь расстроился еще больше: зачем отец задает эти вопросы? Почему сразу не даст ответ?

— Итак… я в джунглях, — произнес Аэро, всматриваясь в густую зелень. — Жизнь тут, похоже, только растительная: подлесок, папоротники, деревья, лианы…

На последнем слове он умолк и, задрав голову, посмотрел наверх. Лишь тогда он разглядел в кроне проблески серебра и золота. Вот он и получил ответ.

— Они знают, что я ранен в плечо, — прошептал Аэро. — И что я могу драться правой рукой не хуже, чем левой, но чтобы лазить по деревьям, мне нужны обе руки.

Скорость, с которой Виник исчез в кроне дерева, говорила об одном: майоры ему подыграли. «Грязный ход!»

Маяк замерцал чаще — отец словно соглашался с сыном. В голове вновь зазвучал его голос: «Ну вот, ты раскусил их. Как поступишь?»

— Мне нужно сыграть на слабости Виника и уровнять шансы — заставить его спуститься… сойтись со мной на земле.

«Какое у него слабое место? Неуверенность», — тут же сообразил Аэро. Отец молча согласился и отступил в глубь сознания Аэро. Маяк умолк, хотя мерцать не перестал.

— Майор Виник! — прокричал Аэро. — Хватит прятаться, как трус!

Ответил майор не сразу.

— А ты поднимись сюда, мальчишка! — прокричал он наконец. — Посмотрим, так ли ты силен.

Аэро развернулся на звук его голоса — отвечал майор слева… но тут хрустнула ветка где–то справа, и Аэро настороженно закружился на месте.

— Проклятый трус! — Он решил подразнить противника. — Всегда им был! Вот почему прячешься. И вот почему привел сегодня мою мать и нареченную. Боишься сразиться на равных? Знаешь, что я сильнейший!

— Ложь! — завопил Виник. — Ты слабее, и я это докажу!

Аэро продолжал кружиться. Внезапно левая нога его застряла. «Зыбуны», — сообразил Аэро, выдергивая ногу из песка. Надо быть предельно осторожным. Пот ручьем катил со лба, глаза жгло.

— Если не станешь биться со мной, солдаты поймут, что ты трус! — продолжил подначивать соперника Аэро. — Никогда не признают твоего лидерства и рано или поздно свергнут!

Секунду ничего не происходило, но потом с неба на Аэро налетела серебристая молния. Виник, схватившись за лиану, стремительно приближался к Аэро. Свой фальшион он обратил менавлионом — длинным копьем с тяжелым древком. Аэро нырнул в сторону и перекатился. Стукнулся раненым плечом о корень, и тут же рана взорвалась болью. Копье, противно чавкнув, вошло в землю — совсем рядом с его головой, задев волосы.

Виник выдернул оружие из земли и атаковал, но на сей раз Аэро был готов — он вскинул фальшион в форме щита. Посыпались золотые искры. Не дожидаясь, пока Виник ударит снова, Аэро вскочил на ноги и отступил — стараясь не запнуться о корень и не угодить в зыбун. Противники принялись кружить на месте. Уловка сработала: Виник разозлился, и покинув укрытие, сошелся с Аэро на земле. Шансы выровнялись.

— Земля — это мертвый мир, мальчишка! — прохрипел Виник, обводя рукой симулированный лес. — Она больше никогда не станет такой! Соберем на ней ресурсы и продолжим Штерновы поиски, найдем новый дом. Вот наша цель!

Аэро вдохнул запах леса — пряный, горький, влажный и такой живой. Маяк пульсировал, будто напоминая, что родная планета снова сможет стать прежней.

— Ошибаешься! Наша цель — вернуться к Первому ковчегу.

— Ты идиот, как и твой папаша!

Виник сделал выпад — копье прошло совсем рядом с виском, но Аэро успел отпрянуть. Виник нанес еще серию колющих ударов. Хищно оскалился:

— Каково было сегодня увидеть мамулю? Она прекрасный солдат — послушный, умелый боец. И что еще важнее — она выбрала верную сторону.

— Проклятие, ты не имел права читать мое дело! — яростно сказал Аэро.

Присмиренные было эмоции хлынули на поверхность, а вместе с ними — голоса. Отвлекшись, Аэро споткнулся о толстый корень и чуть не упал. Едва успел заслониться щитом, который внезапно сделался неподъемным. Его золотая поверхность пошла рябью и задрожала — первый признак того, что фальшион готов расплавиться. Охваченный паникой, Аэро принялся бороться с голосами.

— А лейтенант Ротман? — продолжал Виник. — Что о ней скажешь? Милашка, правда? Жаль, но ты сдохнешь, так и не уложив ее…

— Заткнись! — теряя силы, прокричал Аэро.

Пора было переходить в наступление, пока эмоции и голоса в голове не одержали верх. Аэро плотнее взялся за ручки щита и приготовился обратить его клинком… Но тут раздался глумливый голос Виника:

— О, и во что же ты его превратишь?

Аэро чуть было не утратил контроль над фалыпионом, оружие едва не расплавилось. Сердце колотилось с бешеной скоростью — Маяк мерцал в такт. Увидев это, Виник коварно усмехнулся.

— Палаш? Как обычно? — издевательски произнес он. — Мне понравилось копаться у тебя в деле! Ты такой предсказуемый. Я был разочарован. Но, знаешь, в эту игру могут играть двое, — сказал Виник и превратил фальшион в палаш.