Читаем Трясина полностью

Ощущение успеха прочно завладело Игнатом, заполнило все его существо, сметая прочь изнеможение от напряженного сеанса. В считанные минуты вся его жизненная философия рассыпалась в труху. Его вера в официальную науку, рационализм, в логику и незыблемую реальность материального мира поколеблены. Он оказался безоружным и беспомощным перед хаотичной и сумасшедшей вселенской тайной. Уже пожилой историк по образованию и профессии, повидавший на своем веку самые невероятные вещи, вдруг раскис перед новой философией, преподнесенной ему другом Колымеем.

Хозяин замка встал из-за стола, зажег свечу. Тусклый свет упал на лица людей. Они выглядели инертными, изнуренными от разорительной траты сил. Довольно быстро к ним возвращалась теплота, но смятенное чувство никого не покидало.

Пожелав всем доброй ночи, Колымей проводил их. Вернувшись к себе, остановился у окна.

Болота, еще недавно залитые лунным светом, исчезли – кругом черная пустота без звезд. Внезапно страшный удар грома заставил его вздрогнуть. Затем вспышка молнии осветила окно и непролазные топи: они ожили – косой дождь, усиливаясь, забарабанил по илистой воде, потроша ее на пенистые брызги. Разразился страшный ливень. Ветер и дождь вместе застучали по железной кровле, готовые сорвать ее. Природа бесновалась. Было слышно, как внизу громко грохочет, перекатываясь, пустая металлическая бочка.

Колымей, чье лицо озарял громовержец Зевс, воздел руки кверху, воздавая хвалу восхождению божественной силы из царства мрака.

9

На следующий день ровно в девять утра Маркин вызвал в свой кабинет Жана с Вадимом. По глазам шефа было видно, что его устраивает ход расследования.

– Читал твой отчет, – он удовлетворительно кивнул Жану. – Хороший отчет. А ты уверен, что жена Рэма могла отравить своего мужа?

– Пока это только предположение, не более.

– Можно подробнее?

– Из беседы с ее матерью было совершенно очевидно, что Светлана хотела избавиться от Рэма: тот в течении последних месяцев почти не появлялся дома, скрывался от милиции и, что особенно важно, угрожал выкрасть сына. Это – во-первых. В ящике письменного стола Рэма я обнаружил личный дневник покойного, из которого выкрадены все исписанные листы. Спрашивается: кто и с какой целью мог это Сделать? Это – во-вторых.

Маркин вопросительно изогнул брови:

– Что, есть и в-третьих?

–Да. Метрдотель ресторана «Заря» Васин, обслуживавший тот злополучный столик, сообщил, что к тем двоим на какое-то время подсела женщина. Она говорила с Рэмом на высоких тонах, потом их разговор перерос в ругань, женщина схватила свою сумочку и выбежала из ресторана.

– Ну, – Сергей Георгиевич откинулся на спинку кресла, – и что из этого следует?

– А то, что это была не кто иная, как его жена Светлана Михайловна Багратова.

– Да, это уже мотив. Думаешь, что эти факты дают нам основание для ее задержания как подозреваемую номер один?

– Это все, чем я располагаю.

Подполковник вызвал Наташу и распорядился принести заключение из криминальной лаборатории.

– Скажи Королеву, что мне срочно нужны данные экспертизы по поводу отравления в ресторане, – процедил он себе под нос, даже не шевельнув губами. Потом обратился к Жану: – Как Базалов?

– Нормально.

– А твои соображения, Вадим? – спросил Маркин назидательным тоном, будто принимал экзамен у студента.

– Выводы Жана вполне логичны, – сказал Базалов. – Но, думаю, как-то все гладко получается. Интуиция мне подсказывает, что за всем этим таится что-то необычное, даже мистическое. Сперва эта галлюцинация с ожившим гробом… Между прочим, Аделаида Андреевна не производит впечатление ненормальной женщины…

Маркин поджал губы и удивленно приподнял брови.

– Ну ты даешь! Что только не померещится женщине около гроба с покойным бандитом?

– Я тоже так думал, но… Выходит, что и мне померещилось?

– И тебе? – усмехнулся подполковник.

– Когда я стоял у гроба, а Жан в это время беседовал в соседней комнате с матерью и дочерью, какие-то тени скользнули по стене. Я оглянулся – никого. Просто мистика. Потом появился высокий мужик лет под шестьдесят с пышной бородой. Он был в темных очках и с соломенной шляпой в руке. Старик швырнул в ноги покойного сто рублей. Но этим не ограничился: деньги он сунул и в карман пиджака мертвеца, словно тому пригодятся на том свете на мелкие расходы. Не находите ли это странным?

– Ты чушь несешь, Вадим! – резко бросил Маркин. – Тебе надо навести порядок в собственной голове. Область фантастики не наше занятие.

Принесли заключение экспертизы. Версия Жана подтвердилась: отпечатки пальцев как на бокале из-под мадеры, так и на общей тетради принадлежали одному и тому же лицу – Светлане.

– Это, между прочим, в-четвертых, – Маркин не скрывал удовлетворения. – Все соответствует здравому смыслу. Когда, говоришь, похороны?

–Сегодня.