Читаем Три Звезды полностью

Кропотливая работа по выявлению дыр в орбитальной обороне продолжалась, а я задумался над последними своими словами. Если прибудут подкрепления противника, то вся эта операция будет бессмысленной. А без федерального флота выбить вражеский флот не выйдет, как и совершать высадку с неподавленной орбитальной обороной просто самоубийство. Поэтому если исходить из худшего сценария с окончательной потерей федеральных сил, то сейчас нам нужно убедить врага, что он столкнулся с довольно сильным противником, что, возможно, на какое-то время удержит его от ответных действий уже Солнечной системе.

Я медленно обошел висящее в воздухе изображение Оршу и остановился возле одной из станций с плазменным щитом. Затем развернулся и вывел перед собой дубликат модели планеты, чтобы не мешать Лукашевичу. Промотав время вперед, оценивая траектории движений соседних станций, криво ухмыльнулся и произнес:

– Кстати, о технологиях, как насчет…

Не успел я договорить, как наблюдавший за мной с выпученными глазами Туров перебил меня:

– Только не говори, что мы полезем туда.

Я повернулся к нему и с наигранным возмущением сказал:

– Ты же хотел, чтобы тебе указали цель, которую нужно взять штурмом. Так вот она! – Мой палец указал на орбитальный щит, который я рассматривал до этого. А затем, широко улыбнувшись добавил: – Но для начала нужно расчистить путь.

* * *

Тридцать четыре часа пятьдесят две минуты с начала операции. Окрестности планеты Оршу

Подготовка к авантюрной вылазке заняла почти сутки, за это время мы не прекращали пощипывать вражескую оборону, правда, увеличили интервал между выходами атакующих групп. И сейчас весь флот: как ударные силы, так и десантные транспорты, собрались в одной точке гиперпространства в ожидании команды на прыжок. Очень вдохновляющее зрелище: темные силуэты кораблей, на корпусах которых виднелся силуэт головы волка, и все это на кроваво-красном фоне с переливающимся черными пятнами и изредка вспыхивающими разрядами молний. Виртуальная командная среда перенесла нас в самый центр эскадры: на идеально круглой площадке я, Туров и Лукашевич осматривались, наслаждаясь последними секундами красоты перед бурей. И вот время истекло, а значит, пора начинать.

– Ну что, с Богом! – Я поочередно переводил взгляд на Турова и на Лукашевича.

Лукашевич с серьезным видом кивнул и исчез, а Туров улыбнулся краешками губ и хмыкнул, после чего тоже испарился.

Лукашевич сейчас будет командовать ударными силами, а Туров высадкой и, соответственно, десантом. На мне же остается общее командование и целым флотом вспомогательных кораблей, потому что в бой шли все, кроме кораблей харгов – ГеТок. Я слегка затемнил внешний фон, чтобы не отвлекал, и приказал:

– Открыть переход.

Впереди эскадры появилась искорка, которая развернулась в воронку. По другую сторону, словно через трубу, виднелся край планеты Оршу. Переход открылся со стороны южного полушария планеты, на высоте пятнадцати тысяч километров от поверхности. Именно в этой части орбитальной обороны противника находилась искомая цель. Поочередно, начиная с головы построения, корабли запускали маршевые двигатели и направлялись к воронке. Первыми выскочили два постановщика щита и сразу же начали отстрел контейнеров, формируя из пыли полусферу, обращенную выпуклой частью к планете. За ними вышли две торпедные платформы и, поднявшись за края щита, произвели полный залп. Так как высота нашей орбиты была выше, чем орбитальной обороны, то вражеские станции двигались по окружности быстрее, чем наша эскадра, поэтому первый удар был нанесен по вражеским щитам, которые уже отдалялись от нас. Такое решение было продиктовано тем, что для сближения с целью кораблям необходимо развернуться кормой по ходу движения и выполнить маневр торможения, а значит, отражать удары сзади будет затруднительно.

Пока вся эскадра выходила из гипера, двести торпед захватили цель и, пыхнув пламенем из сопел, умчались вперед. Разделившись на четыре части и рассредоточившись, каждая группа торпед двигалась к своей станции. Сейчас одновременно по нашей эскадре могли вести огонь десять станций, находящихся в данной области орбиты. Восемь из них имели мобильные силы, одну из двух оставшихся мы собирались уничтожить, а на одну высадиться, но давать возможность безнаказанно обстреливать нашу эскадру никто не собирался. Пока отстрелявшиеся платформы нырнули под щит для перезарядки, две полные торпедные платформы также вынырнули за край щита и запустили торпеды уже по станции, которые нас по орбите догоняют.

Наконец противник очнулся и открыл огонь, но вскоре полностью переключился на приближающиеся торпеды, а сгустки плазмы, запущенные по нашему скоплению кораблей, лишь оставили огненный росчерк в пылевом облаке щита. Образованные бреши тут же были заделаны новым пуском контейнеров. Но торпеды не имели щита, и поэтому вскоре прозвучал доклад об их потерях.

– Группа А – тридцать процентов потерь, группа В – десять процентов.