Читаем Три стервы полностью

Его тексты копировали, перепостили и цитировали в других блогах. Множество ссылок вело на его страницу в Майспейсе. Именно из-за этого исчезновение Фреда с первой строки у Водяной Лилии ничего не изменило. Слишком поздно: ссылки повторялись на десятках сайтов. Он с изумлением узнал, что несколько интернет-изданий успели посвятить ему статьи. Он прочел их, и они показались ему пугающе странными. Как, впрочем, и вся ситуация. В статьях превозносили его стиль, великолепное построение фразы и иронию, его лингвистические находки и неологизмы, но особо отмечали выдающийся “актуальный способ мышления”. Фреда успокоило лишь то, что этот водопад похвал изливался в узком и достаточно замкнутом кругу так называемых независимых интеллектуалов. Однако в этой среде он, несомненно, был чем-то вроде мини-знаменитости. Он также с удивлением констатировал, что чаще всего его характеризуют словом “депрессивный”. Сам Фред считал себя скорее человеком веселым. В одной из статей под названием “Персона, или Депрессия компьютерного гика”, автор провел более глубокий, чем у других журналистов, анализ Фредовых текстов и даже отыскал и откомментировал содержащуюся в них символику.

[…]

Естественно, ник Персона выбран не просто так. Само название фильма Бергмана и имя медсестры – Альма – являют собой аллюзию на конфликт между социальной маской (Персона) и подсознанием, душой (Альма-анима), конфликт, который, согласно Юнгу, порождает страдание.

[…]

Здесь уже с первых фраз мелькает то, что станет потом прочной канвой этих текстов, бесконечным и лишь слегка замаскированным лейтмотивом – настойчивое, но очень тонкое, без намека на какую бы то ни было прямолинейность, разоблачение актуального тренда. Уже своим именем или, точнее, своей не-самостью Персона предостерегает нас от ужасной анонимности, в которой мы живем в эпоху “Академии звезд”[16] и тому подобных программ, являющихся своего рода проклятием нашего времени.

[…]

Но разоблачение этой анонимности не сводится к критике медийной системы, которая пребывает в ежедневном поиске своей “Новой звезды”[17], чтобы пережевать и выплюнуть ее на следующей неделе. Персона идет дальше и тычет нас носом в нашу не-самость. Наше не-существование вдали от других. “Ад – это другие”[18], повторяет нам Персона, но одиночество – это нечто вроде ада для неверующего, то есть небытие. И поэтому страница, на которой есть всего лишь один друг (да еще и с ником Водяная Лилия, дающим основания подозревать, что это не человеческое существо), выглядит как самая мощная критика виртуальности эмоциональных связей. Или неизбежно обманчивой эмоциональности виртуального мира.