Читаем Три принципа тьмы полностью

Эрнесто, остающийся позади, напряженно оглянулся на оставленный проход и, тоже сдвинув брови, попытался протиснуться в первые ряды, будто желая находиться подальше от него. Фаррад, как переводчик, занял место подле короля. Ашет и Фредо, переглянувшись, немного расступились, давая возможность главному гоблину всецело рассмотреть «райта».

Толстяк, между тем, не обращал на людей никакого внимания. Он внимательно слушал сумбурные объяснения подданных, иногда всхрапывая, как норовистый скакун и похрюкивая в ответ на их слова.

Наконец, поток красноречия у маленького гоблина иссяк. Он осторожно поднял голову, ища взглядом следы милосердия на челе предводителя, и очень явно опасаясь не обнаружить их. Толстяк думал, пожевывая нижнюю губу и медленно переваривал полученную информацию.

Наконец, взгляд его маленьких глазок устремился к королю, и толстая лапа простерлась вперед.

— Райт? — прорычал предводитель с явственно вопросительной интонацией.

Тревор хотел, было, быстро кивнуть, но в последний момент опомнился и опустил подбородок с достоинством, подобающим монарху, одарив собеседника снисходительной улыбкой.

— Мыр есть Мграйн, — неожиданно очень разборчиво прорычал предводитель, — Мыр привет тебя здерсь.

— Приветствую тебя, Мграйн, властитель гоблинов, — Фаррад, беря на себя добровольную должность посредника между гоблинами и королем, выступил вперед, — Его королевское Величество рад…

Мграйн выставил лапу в останавливающем жесте.

— Райт говоррить сыр Райт! — гордо заявил он, — Не есть слуга. Мыр говоррить торько Райт!

Король, с большим трудом понимающий произносимые слова, но подспудно ощущающий необходимость вмешаться, решительно шагнул вперед, сдвигая брови. Свет сверкнул на украшающем его корону рубине.

— Фаррад — мой поверенный, о, Мграйн! Я буду говорить с тобой, но слушать его.

Гоблин на несколько секунд задумался, явственно пытаясь понять, что ему говорят, затем милостиво опустил большую голову.

— Слово Райт есть закор! — серьезно произнес он, — Мыр говоррить с ты. Чрот ты деральт здерсь? Ты ерсть человек-райт, а мыр жить во мрак!

Тревор обратил вопросительный взгляд к вампиру. Тот, человек ученый, умный и догадливый, смотрел на гоблина с таким видом, будто недавно взял его в ученики и теперь внезапно осознал, какой фронт работ ему предстоит.

— Насколько я понял… — негромко принялся переводить он после почти минутного молчания, — Он говорит, что слово короля есть закон, и что он будет говорить с Вами. Спрашивает… что вы здесь делаете, поскольку Вы — человек, а он живет во мраке.

— Мы не собирались вторгаться в твои владения, Мграйн, — Тревор, отвечая, прижал руку к сердцу, склоняя голову в неглубоком, но вежливом поклоне, — Наш путь преградил завал. Мы искали способ обойти его и встретили твоих люде… ээ… подданных.

На этот раз гоблин задумался надолго, почесывая толстым пальцем висок и изо всех сил пытаясь сообразить, что же говорит ему человеческий райт. Судя по всему, удавалось ему это с трудом.

Он снова обратил взгляд к застывшему неподалеку зеленым сусликом гоблину и что-то вопросительно прохрюкал ему. Тот живо принялся объяснять, энергично размахивая руками и силясь донести что-то до владыки. Наконец, Мграйн жестом прервал его.

— Мгар говоррить — твор рречь есть истирный! — резюмировал он, наконец, — Ты ерсть райт-человек. Мыр нет человек. Человек — зло, мыр убирть человек. Но! — гоблин воздел указательный палец, — Ты — райт. Ты ерст выше раб и человек. Мыр не ерсть убирть ты. Мыр покрзать ты пурь.

Последнее слово вызвало в душах внимательно внимающих гоблинскому королю людей глубочайшее изумление. Тревор, совершенно опешив, медленно перевел взгляд с недоумевающего Фаррада на волнующегося Эрнесто, понял, что от них помощи ждать не приходится, и обратил взгляд к названному сыну.

Фредо, по-прежнему освещающий пещеру факелом и посохом, смотрел на Мграйна в таком обалдении, что подсказки от него ждать определенно не было смысла. Ашет пару раз моргнул и, глянув поначалу на брата, а потом на короля, тихо шепнул:

— Чего он покажет?..

Антон с Кариной, быстро переглянувшись, предпочли отступить подальше. Эта парочка, судя по всему, от обещаний толстого гоблина ничего хорошего не ждала.

— Мграйн покарзать, — гордо и величественно продолжил райт гоблинов, — Мграйн сар бурдет ирти в пурь с ты! Ты ерсть брат Мграйн, ты ерсть Райт-черловек! Мграйн ерсть гордорсть за ты… за эртот… Мграйн ерсть ты друг!

На этот раз последнее слово прозвучало максимально понятно, и друзья переглянулись уже с куда как большим облегчением и даже воодушевлением. Если Мграйн полагает себя другом короля, даже более того — называет себя его братом, значит, есть надежда выбраться отсюда живыми.

— Благодарю тебя, Мграйн… — медленно ответствовал Тревор, справедливо полагая, что оставлять слова брата-райта без ответа не вежливо, — Если я правильно понял, ты намереваешься сопроводить нас к выходу отсюда?