Читаем Три последних самодержца полностью

М. Н. Толстая передала, что Лев Толстой говорил, каким образом произошло первое его отступление от церкви. Однажды один из его сыновей вошел к нему с его старым камердинером, держа в руках первоначальные зачатки Катехизиса. Книга была открыта на 6-й заповеди «Не убий», где в объяснении сказано, что все убийства не дозволены, кроме казни преступников и убийства на войне. Это заставило Толстого призадуматься, найти, что это несообразно, и порвать впоследствии связь с церковью.


26 июля.

Сегодня приезжали все Толстые: и пироговские, и из Ясной Поляны. Мария Львовна тоже была. Она серьезнее своей сестры Татьяны, очень нехороша собой, но у нее доброе, честное лицо, которое к ней сразу располагает. Она имеет большое влияние на всех своих кузин, так как это любимая дочь своего отца, который у этой молодежи считается божеством.


17 августа.

В последние дни «Новости» перепечатали беседу одесского архиепископа Никанора по поводу «Крейцеровой сонаты» Толстого, которую он назвал «Беседой вне церкви». Но, говорят, Толстой критику на свои произведения не читает и не признает.

На днях у нас был сын Льва Толстого, тоже Лев. Он пришел как раз в ту минуту, когда мы читали «Беседу». Он, оказывается, о ней ничего не знал, а также не знал и о том, что в Нью-Йорке запрещено продавать «Сонату», что тамошние власти (в свободной стране!!) нашли ее безнравственной и вредной. Сын Толстого рассказал, что та дама, которая взялась переводить в Нью-Йорке «Сонату», писала им, что отказывается, так как содержание неприлично. В Дании «Сонату» тоже запретили продавать.

Дочь С. Н. Толстого, Верочка, провела на днях 8 дней в Ясной Поляне. Говорит, что Л. Толстой вполне поправился от кумыса. Гостей Льва Толстого в его семье называют «темными» и «дремучими». «Темные» — последователи Толстого. Они не приняты в семье, их только видит Л. Толстой, но они проходят через семейные комнаты. «Дремучие» — это уж фанатики учения. Они даже не проходят через комнаты, но впускаются через черные двери. О «темных» Толстые говорят, что они, по большей части, приятные люди, но в чем эта приятность состоит, объяснить не сумели.


28 августа.

Были у нас Толстые. Говорят, что Л. Толстой в последнее время много пишет. Разбор своей повести преосвященным Никанором он громко читал за столом в Ясной Поляне, и чтение вызывало у него громкий смех. Видно по всему, что это — человек неверующий, но он, видимо, имеет огромное влияние на молодежь. Наши Толстые, девушки, когда вернутся оттуда, снова принимаются чудить: не едят говядину, никакой птицы, относятся к церкви с пренебрежением и проч.


Толстые тоже говорили, что, когда Ге повез свою картину «Христос перед Пилатом» в Америку, Л. Толстой написал одному известному американцу свой взгляд на эту картину, где он указывает, что мысль Ге верна, что иначе нельзя было представить Христа. Они же говорят, что Ге нарисовал Христа со своего сына, который чрезвычайно неприятной наружности, и поэтому картина произвела на них неприятное впечатление.


4 октября.

Бедный вел. кн. Николай Николаевич-старший сошел с ума. Пункт помешательства — что все женщины в него влюблены. Харьковский профессор, психиатр Ковалевский, нашел, что он неизлечим. Страшная судьба братьев покойного царя. Константин Николаевич — в параличе, без языка, а этот — сумасшедший. Вел. кн. Михаил Николаевич, говоря о своих братьях, сказал, что и его ожидает такая же участь, т. е. сумасшествие, что это их семейная болезнь под старость.


5 октября.

Про покушение на Баранова (нижегородский губернатор) много ходит версий. Оказывается, что выстрел последовал, когда револьвер был в руках Баранова. Муравьев ездил производить следствие. Генерал Петров говорит, что Владимирский, который покушался на жизнь Баранова, — совсем не социалист, а просто захотел обратить на себя внимание. Жуков же (редактор «Нижегородского листка») уверяет, что это — нигилист, что в городе уже арестовано 20 человек его сообщников и что он сказал, что ему не удалось убить Баранова — убьет его другой, что он намечен. Говорят, что государь сказал, что не верит в покушение на жизнь Баранова, будь это покушение на другого, он бы поверил, а Баранов сам это устроил. А как верил и любил Баранова когда-то государь.


13 октября.

Ужасный сегодня бюллетень о здоровье вел. кн. Николая Николаевича: приступ судорог, затем ненадолго спячка, после чего явилось трясение челюсти, языка и ослабление памяти. Недолго проживет. П. Н. Николаев рассказывал, что он искусал Афиногена Орлова, но не опасно. Укусил его в двух местах.


16 октября.

Вышнеградская рассказывала, что выстрел, направленный в Баранова, предназначался, как это выяснилось из показаний злодея, ее мужу. Убийца желал, чтобы говорили о нем; накануне уже хотел убить Вышнеградского, но не мог его узнать, так как было много лент вместе, говорит, что поэтому он не мог убить министра финансов.


17 октября.

Перейти на страницу:

Все книги серии Голоса истории

Три последних самодержца
Три последних самодержца

Аннотация издательства: «Александру Викторовну Богданович знал весь Петербург, размещавшийся в трех высших этажах «табели о рангах»; в её гостеприимном салоне собирались министры и губернаторы, митрополиты и фрейлины, дипломаты и литераторы. Тридцать три года Богданович кропотливо записывала в дневник все казавшееся ей достойным внимания, хотя и не претендовала на роль историографа трех последних императоров. Несмотря на отсутствие глубокого политического анализа происходящего, она достаточно подробно и с большой долей достоверности сумела зафиксировать многие события, имевшие место в период с 1879 по 1912 год».Указатель имен вставлен как отдельная глава.В Указателе имен возможны ошибки, так как специальная сверка с текстом не проводилась. Номера страниц печатного оригинала в указателе… удалены.

Александра Викторовна Богданович

Биографии и Мемуары
Великая война. Верховные главнокомандующие
Великая война. Верховные главнокомандующие

Книга посвящена двум Верховным главнокомандующим Русской Императорской армией в годы Первой мировой (Великой) войны – Великому князю Николаю Николаевичу Младшему и Государю Императору Николаю II. В сборник вошли воспоминания их современников – Ю. Н. Данилова (генерал-квартирмейстер Штаба Верховного главнокомандующего), П. К. Кондзеровского (дежурный генерал при Верховном главнокомандующем) и других, очерки историков С. Н. Базанова и А. В. Олейникова, а также документы.Какова роль каждого из главнокомандующих в исходе Великой войны для России? Какими качествами они обладали? Какими видели их современники? Как оценивают их поступки историки? Подобранный составителем материал позволит каждому ответить на эти вопросы, вполне возможно, даже пересмотреть свою точку зрения.Для широкого круга читателей.

Алексей Владимирович Олейников , Петр Константинович Кондзеровский , Руслан Григорьевич Гагкуев , Сергей Николаевич Базанов , Юрий Никифорович Данилов

Военная документалистика и аналитика
Великая война. 1914 г. (сборник)
Великая война. 1914 г. (сборник)

В книгу, подготовленную к столетию начала Первой мировой войны, вошли произведения участников событий и очерк современных историков, рассказывающих о событиях на фронте в 1914 г. В дневниковых записях иркутского казака Л. В. Саянского (1889 —?) описаны первые три месяца войны, проведенные им в действующей армии. Книга литератора и публициста В. В. Муйжеля (1880–1924) «С железом в руках, с крестом в сердце» посвящена событиям на Восточно-прусском фронте в 1914 – начале 1915 гг. Авторы исторического очерка «Первый год войны» наиболее полно раскрывают события 1914 г., анализируя ход военных действий, основные сражения, соотношение сил участников и т. д. Для широкого круга читателей.

Леонид Викторович Саянский , Алексей Владимирович Олейников , Виктор Васильевич Муйжель , Руслан Григорьевич Гагкуев , Сергей Николаевич Базанов

Биографии и Мемуары / Документальная литература / История / Проза о войне

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары