Читаем Три мгновения полностью

- Ты пил мою кровь.

Гарри взглянул на него пьяным взглядом и проговорил:

- Хочешь выпить мою? Пей, - и он, взяв осколок стекла, провел им по своей нижней губе, а Малфой не успел остановить это безумие.

- Ты сумасшедший! - прошептал Драко, заворожено наблюдая, как глубокая ранка наполняется ярко-красной кровью, как кровь начинает стекать по подбородку, в ямочку.

- Так и будешь смотреть? - на губах Гарри блуждала странная улыбка.

Драко не удержался и слизнул капельку. А потом, заглянув в зеленые глаза, припал к губам Поттера. Во рту чувствовался сладкий вкус губ гриффиндорца и соленый - его крови...

Утопая в нежности, Гарри подумал: «Наверное, поцелуи вампира такие же сладкие...». Его персональный вампир на секунду откинулся назад, приоткрыв ярко-алые губы и сверкая глазами. Светлые волосы слегка растрепались, делая своего обладателя еще сексуальнее.

Драко осыпал Гарри поцелуями, вперемешку нежными и страстными, заглядывая в его непостижимые глаза снова и снова, шепча:

- Счастье мое... любимый... волшебник ты мой!..

Целовал губы, подбородок, виски своего любовника, прятал лицо в шелковистых волосах, непослушно торчавших в разные стороны, больше всего на свете хотел, чтобы вокруг не существовало ничего и никого, только они - вдвоем.

- Какой же ты горячий!.. - прошептал Драко, опрокидывая Гарри на кровать и проводя рукой по смуглому телу. Мальчик улыбнулся, а Малфой продолжал, одновременно легонько целуя его:

- Сейчас попытаюсь хоть чуть-чуть погасить этот огонь, иначе ты сожжешь меня, любовь моя! - и, ненадолго оторвавшись от Гарри, Драко наколдовал стакан со льдом. Зеленые глаза заинтригованно блеснули.

- И что ты будешь с этим делать?

Драко сверху вниз посмотрел на распростертого на постели мальчика, и взгляд его из лукавого сделался демоническим. Чуть-чуть охрипшим голосом Малфой произнес:

- Пожар буду тушить... - и, вытащив кубик льда, немного подержал его в ладони. Лед не таял. Тогда Драко склонился над Гарри и мягко провел этим кусочком по алым губам гриффиндорца, которые тут же заблестели. Этот чарующий блеск сводил блондина с ума, но он, стараясь быть хладнокровным, осторожно продолжил линию по подбородку и шее Гарри, что вызвало вздох и тихий стон, когда рука Драко скользнула к груди. Он обвел ледышкой красные, как вишни, соски Гарри и на мгновение задержался на вершине каждого, с упоением вслушиваясь в тихие стоны любимого.

Потом рука Малфоя спустилась к животу и ниже, под ней напряглись мышцы и задрожало тело, а Гарри выгнулся навстречу. Кусочек льда обжигал мальчика точно так же, как державшие его руки, и Гарри уже не мог различить, дрожит ли он от холода или от невыносимого жара под тонкими, казавшимися теперь почти прозрачными, пальцами. Судорожно вцепляясь руками в простыни, гриффиндорец безмолвно умолял своего любимого наконец сделать это.

- Драко, я хочу тебя!.. - выдохнул он, когда лед коснулся самого чувствительного места. В темноте над ним серые глаза блеснули и в тот же миг маленький кусочек, оставшийся от кубика льда, оказался у Гарри внутри.

- О Боже! - вскрикнул мальчик, как от ожога, но не успел ни о чем подумать, как Драко овладел им.

...Между поцелуями прорывались стоны и крики, и Блейз Забини, единственный из комнаты слизеринцев не спавший в эту ночь, уже не сдерживая слезы, зарывался лицом в подушку, закусывая руку, чтобы не закричать от боли. Человек, ради которого он был готов вынести самые страшные пытки и даже умереть, сейчас задыхался от наслаждения в объятиях другого. У Блейза было слишком хорошее воображение, игравшее с ним злые шутки...

...но даже он не мог представить того, что сейчас происходило в спальне Слизеринского Принца.

...Теперь по подушке разметались уже светлые пряди, а темноволосый мальчик склонился сверху и шептал:

- Я не сожгу тебя, я растоплю твой лед... - и игра началась снова.

Гарри взял в руки свечу и, сидя на бедрах Драко, смотрел, как тает воск, а потом чуть-чуть наклонил ее, и маленькая капля расплавленного воска упала на грудь блондина, заставив его вскрикнуть, и застыла.

- Гарри... ах... мне же больно... нет... продолжай...

Драко вздрагивал каждый раз, когда белой кожи касались капли. Он не знал, что пробудило в Гарри эту страсть, граничившую с жестокостью, но сопротивляться не собирался, хотя осознавал, что на коже обязательно останутся красные воспаленные следы. Юноша подсознательно понимал, что таким странным образом Гарри пытается отвлечься от того, что им пришлось перенести. Но Поттер был настолько притягателен, сексуален и желанен - именно сейчас, именно такой, с полубезумной улыбкой на устах... Драко таял под прикосновениями Гарри, как еще недавно таял лед в его собственных руках, плавился, как серебристая сталь, горел, как мотылек в пламени свечи - и как же ему это нравилось!..

- Ааа... Бо-же... - простонал Малфой, когда гриффиндорец, подождав, пока насобирается больше, вылил на его живот тоненькую струйку раскаленного воска. - Ты убьешь... меня...

Гарри усмехнулся, затушил свечу, наклонился над Драко и спросил:

- А ты против?