Серебристый «Мерседес» – гордость сестер-Парок – рванул в сторону набережной, странное дело – в этот час свободной от пробок. Августа обожала быструю езду.

Глава 10

ЛАРИСА ПАВЛОВНА

Домой на Малую Бронную сестры не опоздали. Первой в этот день клиентке было назначено на половину пятого. Августа даже успела сытно пообедать бифштексом с жареной картошкой.

Клиентка оказалась чрезвычайно толстой женщиной – с белыми крашеными волосами, густой челкой, закрывавшей лоб, и огромным количеством бижутерии. Несмотря на то что она нещадно красилась и явно молодилась, выглядела она на свои годы – за шестьдесят. Приехала к дому сестер она на «Шевроле», причем сама была за рулем с сигаретой в зубах.

– Записана как Лариса, – сказала Руфина сестре. – Проблемы все те же – пропажа без вести близкого ей человека. Ну почему они все с этим идут именно к нам…

– Я позову Нику и прослежу, чтобы с трусами на этот раз было все в порядке, – Августа направилась к лестнице на второй этаж. – Разберись пока без меня.

По приглашению горничной клиентка Лариса ждала в зале, с сигаретой она так и не рассталась. Руфина, войдя, приветливо с ней поздоровалась, подвинула мраморную пепельницу – чувствуйте себя как дома, я понимаю, как вы взволнованы.

– Итак, я слушаю вас очень внимательно, сейчас придут мои сестры, и мы начнем работать над вашей проблемой. – Руфина оценивала посетительницу: явный мандраж, хочет верить во все и одновременно во всем сомневается. Натура подозрительная, недоверчивая и одновременно легковнушаемая. Что ж, это как раз и неплохо.

– Я пришла к вам, потому что, с одной стороны, мне не к кому больше обратиться по этому вопросу, – голос у клиентки был прокуренный, скрипучий, – а с другой – вы лучшие в своем деле, я читала в газете… Не помню в какой… может, даже в «Комсомольце», про вашу матушку. Когда я была еще молода, все говорили о ней как о новой Джуне… Ванга, Джуна и Саломея. А это правда, что она лечила Брежнева?

– Брежнев умер, кто бы его ни лечил, от смерти вылечить нельзя.

В зале появились Августа и Ника. Ника выглядела бледной и какой-то вялой. Ноги ее были голы, она куталась в черное мохеровое пончо.

– А вы будете все втроем мной заниматься? – полюбопытствовала клиентка Лариса. – Ишь ты как.

– Представьтесь и расскажите нам о себе немного, ну что хотите, – попросила смиренно Августа.

– Ну я… что я… Лариса Павловна меня звать, была я замужем несколько раз – неофициально, правда, но это не имеет значения, у меня взрослые дети, с материальной точки зрения я вполне обеспеченная женщина, у меня свой бизнес, так что я оплачу все расходы, если что… если вы отыщете его для меня.

– Так, снова поиски, – Руфина кивнула. – Близкий вам человек?

– Был… точнее, и сейчас им остался, иначе бы я не пришла к вам.

– Ваш родственник?

– Он… нет, он мне не родственник, он… – клиентка Лариса Павловна глубоко затянулась сигаретой и смяла ее в пепельнице.

ИСКРЕННЕ ВОЛНУЕТСЯ – отметила про себя Руфина.

– Он мой любовник, точнее, был им когда-то.

– Будет лучше, если вы все же расскажете нам о нем сами, наши вопросы вас, как я вижу, нервируют, – сказала Августа и повернула кресло к окну, жестом приглашая сестру Нику садиться, начинать.

Ника снова села спиной к клиентке. Казалось, она была где-то далеко, ничего не слушала из того, что говорили в зале. Мягкий вечерний свет золотил ее волосы, делая слегка расплывчатым овал лица, – Ника в этом неверном обманчивом свете казалась моложе своих лет. Вот веки ее дрогнули, она чуть подалась вперед, потом назад и начала мерно покачиваться в кресле словно темный маятник и что-то еле слышно напевать.

– Она что… это так надо? – шепотом осведомилась Лариса Павловна.

– Не беспокойтесь, наша сестра уже отправилась в путь. Она поможет вам, как и мы. Рассказывайте, – поощрила Руфина.

– Ну что особо рассказывать-то… Жили мы с ним, я души в нем не чаяла. Все ему, все для него. У меня, понимаете, уже тогда была проблема – возраст, а он молодой, здоровый… Здоровый бугай. Счастливы мы были несмотря ни на что. Я счастлива была, с сыновьями – они уже у меня тогда совсем взрослые стали – как-то все это улаживала. Им не шибко нравилось, но терпели, потому что любили, уважали маму Лару – меня то есть. А потом в один день все разом и кончилось, как отрезало. Пропал он, не вернулся ко мне. Да, вам же имя надо… Евгений имя ему.

– И как давно ваш Евгений пропал? – спросила Августа.

– Одиннадцать лет назад.

– Однако срок, – покачала головой Руфина.

– А в каком месяце это было? – снова задала вопрос Августа.

– Летом, да разве в месяце дело, – Лариса Павловна обернулась к ней, – Женька… он же муж мой был, последняя моя любовь и так со мной поступить – бросить, уйти!

– Так вы уверены, что он вас бросил? – Августа смотрела на Нику – как она там в своем «путешествии». – Отчего же вы, записываясь на прием, сказали, что «пропал без вести»?

– Так нет его нигде, и вестей о себе, мерзавец, не подает.

– Может быть, он за эти годы уже успел жениться, семью завел? Одиннадцать лет большой срок, – Руфина старалась говорить как можно мягче.