Читаем Третий пол полностью

Распространение транссексуалов в других культурах, чьи анимистские корни не были потревожены господствующей религиозной доктриной, а также символичное и иногда скрытое проявление их в культурах, где это не позволялось, заставляют предположить, что трансексуалы или «третий пол» как явление свойственное не только Таиланду. Просто здесь это демонстрируется открыто. Относительно недавнее появление косметических клиник и открытых форумов для обсуждения транссексуалов на Западе могут возвещать об окончательной либерализации. Тот факт, что эта новая открытость пришлась на время, когда пошатнулись устои в христианской вере, добавляет веры к теории, что христианская доктрина действовала как мощный замедлитель ко всему, что не укладывалось в строго бинарную версию полов. Учитывая все это, не приводит ли это нас спустя два тысячелетия к перспективе возврата к древним анимистским верованиям?

Современный Таиланд.

Парадокс, но если отношение на Западе изменяется в сторону большего понимания и терпимости к людям, которые испытывают половую дисфорию, отношение тайских властей похоже меняется в противоположном направлении.

Сейчас в современном Таиланде глубоко залегли корни глобального бизнеса. Бангкок стал современным интернациональным городом. Туристическая индустрия — жизненно важна для тайской экономики. Чтобы сохранить и расширять ее, власти все больше склонны продвигать такой имидж страны, которая будет казаться иностранцам современной и нравственно чистой. Невероятно успешный промоутинг «Amazing Thailand» — как страны улыбок, где люди дружелюбны, виды ослепительны, пляжи чисты, еда вкусна и улицы безопасные. Все это возможно верно, но имидж очевидно представлен неполным, как знает любой человек, знакомый с ночной жизнью Бангкока и других туристических городов. Появляются единичные инициативы обелить имидж страны. Например в 2 часа ночи комендантский час был наложен на большинство баров и клубов. Но секс-индустрия (хотя фактически остается нелегальной), конечно, слишком ценна для экономики страны, чтобы появились любые железные формы запретов.

Присутствующим на улицах, в магазинах, в ресторанах и барах, людям, которые кажутся ни мужчинами, ни женщинами, похоже, нет места в пересмотренной, западной, версии страны, которую так желают построить власти. Новый режим склонен просто скрытно убирать нежелательные элементы, к которым относятся катои, из публичных мест, везде, где только возможно. Действительно печальное зрелище — наблюдать, как полиция сгоняет этих людей в кузовы грузовиков поздней ночью на Sukhumvit road, которые потом вынуждены проводить ночь в «обезьяннике». Катоям кажется нету места в «Изумительном Таиланде». Сейчас власти делают вид, что они не существуют, а это означает — нужно держать их как можно дальше от взглядов иностранцев.

Катои Таиланда также являются частью культуры страны, как и любые другие традиции. Люди горных племен на севере гордо дефилируют перед туристами в своих этнических костюмах. Набитые туристами автобусы приезжают, чтобы увидеть прях по шелку, которые демонстрируют им свое искусство. Визит на один из знаменитых плавучих рынков Бангкока — стоит во всех туристических расписаниях достопримечательностей. Но положение катоев, как местной и исконной частью культуры, связанной с буддийской доктриной, как традиционно принимаемых людей, которыми восхищаются, жалеют и даже иногда испытывают трепет, отбрасывается в текущих попытках перестроить страну в новый образ, сделанный с расчетом на привлечение западных туристов. В коммерческих театрах, таких как Алказар и Тиффани, их показывают, как диковинку, чтобы туристы могли поглазеть на них — почти как шоу уродцев. Но на улицах и в других публичных местах они стали обузой. Соответственно, кража наличных денег, которая практикуется не более чем очень малой долей сообщества, и не более распространена, чем у общей массы населения, представлена и преувеличена в средствах массовой информации как еще одна причина, по которой катои, представленные в невыгодном свете, подлежат изоляции. Неудивительно, что среди катоев наблюдается значительное негодование из-за такого нечестного обращения.

Концепция «геев» не существовала в Таиланде до 1960-х и не входила в просторечие до 1970-х и 1980-х, да и тогда ходила почти исключительно среди денежного среднего класса Бангкока. Это был полностью западный импорт и он сперва нелегко вписывался в тайский язык и культуру. Сексуальные отношения между двумя мужчинами, оба из которых идентифицируют себя как мужчины, не признавались в традиционной деревенской жизни. Поэтому западный призыв «я — гей» встретил некоторое замешательство, потому что эти слова не имели логики в тайском укладе. Они также встречались со страхом и подозрением, из-за широких публикаций о связи геев со СПИДом и ВИЧ в 1980-х. Катои представляли старые и знакомые традиции и их ориентация и действия были понятны по той причине, что они не были мужчинами, они были катоями.