Хоббс пристально посмотрел на полицейского и пожал плечами.

— Может, в этом что-то есть, а может, Пономарев приехал в Нью-Йорк, чтобы просто немного развеяться перед возвращением в Москву… Значит, вам показалось, что русские не хитрят? Я хочу сказать…

На столе секретаря зазвонил телефон. Хоббс снял трубку.

— Вас, — сказал он и протянул трубку Паттисону. — Из главного управления.

Агент ФБР несколько минут молча слушал, потом закрыл ладонью мембрану и повернулся к государственному секретарю.

— Немного неожиданный поворот, сэр. В управление только что позвонил Аркадий Слободин. Он хочет встретиться со мной или с Роджерсом. Говорит, что дело важное. Разговор должен состояться с глазу на глаз. Согласиться на встречу?

Стэнли Хоббс испуганно вздрогнул.

— Что значит «с глазу на глаз»? Слободин хочет, чтобы Шувакин не знал о вашей встрече?

— По крайней мере дежурный так считает. Он говорит, что Слободин очень взволнован. Он сейчас ждет моего ответа. Наш человек попросил проверить, откуда звонит русский. Слободин в телефонной будке в «Говард Джонсоне», это на углу Бродвея и 47 улицы.

— Хорошо. Соглашайтесь на встречу, — кивнул Хоббс. — Поговорите с ним, но не сегодня. Договоритесь о встрече завтра утром. Может, нам удастся сначала выяснить, почему он боится Шувакина.

— Хорошо, — сказал Паттисон в трубку. — Передайте ему, что я готов встретиться завтра ровно в восемь утра… в кафе напротив Главного Центрального вокзала. Утром там тихо, и нам никто не будет мешать.

* * *

Но встреча с Аркадием Слободиным так и не состоялась. Вскоре после полуночи управляющий дома 77 на 16 Восточной улице, где жил Слободин, нашел мертвого русского у двери. Слободина застрелили из «винчестера» 32 калибра.

2

Татьяна Слободина, небольшого роста, материнского вида, женщина лет сорока, встретила их с красными глазами. На ней было черное платье, толстый шерстяной свитер и крепкие простые туфли. Из-под коричневого шарфа выбивались несколько прядей черных волос. Она спокойно сидела на стуле, сложив руки на коленях. Слободина уже прошла стадию слез и гнева и сейчас находилась в состоянии апатии, которая часто охватывает людей, перенесших большое горе.

Шувакин и Паттисон сидели напротив нее и тоже молчали. Паттисон очень устал. С пяти часов утра, когда его разбудил телефонный звонок, день проходил в сумасшедшем ритме: разговоры по телефону с государственным секретарем, директором ФБР, Шувакиным, тяжелая беседа с послом Дмитрием Гайдуковым, стремительная поездка в полицейскую лабораторию, осмотр места преступления и отчаянные попытки уговорить нью-йоркскую полицию не сообщать репортерам об убийстве Слободина. Сейчас агент ФБР устало сидел в этой убогой маленькой квартире напротив печальной русской женщины в черном и молчал. В голове у него крутилось только «Я несу ответственность за смерть вашего мужа» или «Если бы я согласился встретиться с ним вчера, может, он был бы сейчас жив». Но Паттисон продолжал молчать и только время от времени бросал взгляды украдкой на Шувакина, сидевшего рядом с непроницаемым лицом.

Молчание прервала Татьяна Слободина. Она сказала что-то по-русски Шувакину. Тот повернулся к Паттисону и перевел:

— Миссис Слободина плохо говорит по-английски. Поэтому она будет говорить по-русски, а я буду переводить.

Билл Паттисон кивнул.

Женщина произнесла еще несколько коротких фраз совершенно спокойным голосом.

— Она говорит, что вы должно быть спрашиваете себя, — перевел Шувакин, — почему ее муж хотел поговорить с вами с глазу на глаз, чтобы я ничего не знал.

Паттисон не сумел скрыть свое смущение.

— Все в порядке, — успокоил его Шувакин. — Такое бывает. Может, у него были для этого веские причины. Во всяком случае именно миссис Слободина посоветовала ему обратиться к вам, когда увидела, как он страдает от того, что не рассказал вам всего, что знал. Но сначала она хочет знать, как он был убит. Пока никто ей ничего не рассказал. Я тоже не знаю детали убийства.

В последних словах русского послышался легкий упрек, но Паттисон решил пропустить его мимо ушей.

— Я только что получил подробный отчет об убийстве. Скорее всего, Слободина убили те же люди, что министра Пономарева. В полиции провели баллистическую экспертизу и уверены, что оба убийства совершены из одной и той же винтовки.

Шувакин быстро перевел. На лице вдовы водителя посла не дрогнул ни один мускул.