Читаем Трансы-Мансы (СИ) полностью

- Да ты в зеркало посмотри, мужик! - и к зеркалу толкает.

Посмотрел я в зеркало и вижу дамочку, интересную такую, ноги красивые, стройные, в туфельках с тонюсеньким каблучком и острыми мысками, личико интересное, пару пластических операций сделать, да губки поддуть, так мужики все от страсти сбесятся и жен побросают.

- Вот-вот, - Виктория расшифровала траекторию моего взгляда в зеркало. – Груди сделать номера четвертого, и станешь королевой. Я аж ревную, честно.

Я ее не слушала. Я была поглощена собой, всю меня охватило страстное желание показать всю эту красоту людям! Пусть кому-то это не очень понравится – единицам, - а все остальные будут смотреть, и смотреть не как на чудо заморское, а как на человека, с которым можно провести потрясающую ночь! Мужики воспылают страстью к моей красоте, страсть эта выпустит на волю латентные стремления, лесбиянки побросают друг друга и бросятся к моим ногам!

Такие мысли одолевали мой мозг секунды, чтобы тут же юркнуть в привычное подсознание. Я отвернулась от себя и сказала Виктории твердо:

- Я не пойду в таком виде в парикмахерскую, хоть режь!

- Точно не пойдешь? – испытующе глядя, спросила она.

- Точно.

- Хорошо. Пойдешь со мной сопровождающей – у меня сегодня стрижка, а одной скучно. Переодевайся.

Со смешанными чувствами я переоделся в мужское, и мы двинули в парикмахерскую. Я был нервно весел и много говорил,владелица моей души - тоже. И все это веселье вышло мне боком.

Когда мы вошли в  парикмахерскую, Виктория сказала:

- Ты тоже постригись, оброс страшно, а надо мною рядом поколдуют, - и мы уселись и продолжили свою болтовню уже с участием парикмахерш.

И что ты думаешь? Минут через тридцать я неожиданно обнаружил себя блондином, еще через тридцать минут в зеркале напротив вместо моей головы красовалась головка блондинки с прической «каре». Блондинки, которую сделают красавицей всех времен и народов всего лишь пара несложных пластических операций.

Не скажу, что я сильно расстроилась. И хотела тогда только одного – быстрее добраться до дома никем незамеченной, ведь мужик-блондинка в штанах и прическа  «каре» соберет толпу в две минуты. Виктории толпы не хотелось тоже, она заказала дамское такси, и через десять минут мы были у нее. Конечно, как только мы вошли, меня обуяло желание посмотреть, как прическа будет смотреться в ансамбле с остальными дамскими причиндалами. Я натянула свои колготки, туфельки, Виктория подобрала платьице, подкрасила, не торопясь, и подвела к зеркалу. Это было нечто. Я влюбилась в себя с первого взгляда, я была красавица, только плоская грудь портила меня, превращала в какую-то химеру.

- Не переживай, завтра мы груди тебе сделаем, то есть начнем делать, ведь процесс это сложный, - сказала Виктория, довольная моим видом.

- Это большие деньги, у меня таких нет, - скуксился я. – А чтобы занять нужно время.

- О деньгах можешь не беспокоиться, - как-то странно улыбнулась моя любовница. – Завтра ляжешь в лучшую больницу, тебе сделают четвертый номер, пластику и будешь кататься как сыр в молоке. А деньги потом отдашь, идет?

5. От автора

Марго налила полный фужер шампанского, выпила залпом, не подождав меня, снова налила и снова выпила.

- Что с тобой? - обеспокоился я.

- Ничего, все хорошо. Я получилась как картинка, мужики липли как мухи, а потом оказалось… - девушка нервно закурила.

-Так что оказалось?

- Да ничего. Через пару недель после больницы, когда все прижилось, и врачи выписали путевку в жизнь, ко мне подошел спортивный такой мужик и сказал, что деньги надо отдавать. «Сколько?» - спросила я, и он озвучил сумму.

 Она была огромной.  Я сказала, что не смогу собрать таких денег, разве лет через пять.

- Тогда придется отработать. В салоне, - сказал он беспристрастно.

 Виктория, скрестив руки, молчала. Я поняла, что она работает на них, она подбирает на улицах юнцов и делает из  них трансов для борделей, вот почему у нее так часто меняются любовники, хоть сама красавица. Она делает из них трансов и продает в бордели! И меня сделала!

- Так ты сейчас работаешь в борделе?! – воскликнул я.

- Да. Первое время было трудно. Иногда противно, иногда так себе, иногда нравилось. Меня брали мужчины, которые были по душе гомосексуалистами, но лечь в постель с мужчиной не могли по воспитанию. И целку мне сломали в первый же день, я плакала и напилась, но потом привыкла, даже нравиться стало. А мужиков трахать мне до сих пор не нравится – вонючие они, не отмоешь. И пьяные, как один.

- А женщин берешь? По старой памяти?

- Конечно. Слава богу, их много – на них я отдыхаю, с одной у нас любовь, я даром ей даю…

- А за груди расплатилась? – показал я подбородком на оную.

- Давно.

- И продолжаешь работать?!

- Да. Знаешь, мы, трансы, особенные люди, - сказала гордо. - Мы вызываем удивление. И это удивление косит под любовь. Мы необычные, мы выше мужчин и женщин, потому что мы и мужчины, и женщины!

- Ты хочешь сказать, что работаешь в борделе из-за этого? Не ради чувственных удовольствий?

- Разумеется…

- Так значит, у тебя все тип топ?..