Читаем Транспортный вариант полностью

Гилим уже нашел в книге регистрации:

— «Смирнов Александр Иванович, город Орск, автокомбинат, диспетчер…»

— Кто с ним вместе в комнате? — спросил Денисов.

— Одну минуту!

Гилим снова вышел, вернулся вместе с Кучинской.

— Сосед Смирнова — бакинец, — Гилим заговорил прямо от двери. — Положительный человек. Я его видел.

Под вечер ему всегда звонит жена. Мы можем сейчас его вызвать в коридор. Все точнее узнать.

Увидев в кабинете Денисова, Кучинская кивнула — она гордилась поручением, но ее лицо было бледным.

Денисов не удивился бы, если, встретившись с ним глазами, бывшая дежурная крикнула бы что-то страшное, касавшееся и его лично. Например: «Звонили из дому: Лина и Наташка погибли!» Но это было уже денисовское состояние в данный момент.

— Оружие у всех есть? — спросил Сапронов.

У него с левой стороны, где висел пистолет, рука казалась чуть скованной.

— Есть, — ответил за всех Антон.

Мимо кактусов зимнего сада они прошли к лестнице.

Шли порознь, каждый по себе — и отдельно и вместе.

Денисов заметил журчащий ручеек и цветущий кактус в середине зеленого теплого мирка вестибюля. «Сколько был здесь — никогда не замечал…» близкая опасность всегда вызывала у него приступы обостренного внимания.

На втором этаже, у доски Почета, снова открытие: знакомое лицо.

«Так и есть!..» — библиотекарша выглядела на фотографии угловатой.

Блестящими, казавшимися влажными глазами смотрела в самый центр объектива.

«К ней здесь хорошо отнесутся…» — он подумал о Белогорловой как о человеке, с которым рано или поздно придется встретиться.

«Если все сегодня пройдет удачно, — он, не останавливаясь, провел ладонью по деревянной раме доски. — А может, библиотекарша будет знать только следователя.

А я получу другое нераскрытое дело. Со многими потерпевшими знакомство инспектора остается односторонним…»

Денисов, Сабодаш и сам Сапронов составили группу захвата, два других инспектора вошли в группу блокирования.

Место Денисова оказалось у обычного в домах отдыха громадного, напоминающего бильярдный, шахматного стола. На широкоформатных полях толпились тяжелые, отливавшие лаком фигуры.

Вокруг на этаже стояла тишина. Денисов попытался проанализировать положение на доске — бросил. Партия была прервана в сложной обоюдоострой позиции.

В полуосвещенном коридоре, куда свернула Кучинская, темнели одинаково отстоящие друг от друга круглые дверные ручки, Ждать пришлось недолго.

Показалась Кучинская, — Его нет, — сказала она. — Но он приходил.

— А сосед? — спросил Сапронов.

— Сейчас пришел. Можно войти.

По одному все направились за ней. Случайно оказавшаяся в коридоре молодая отдыхающая, увидев стольких мужчин, улыбнулась: ей привиделось что-то вроде грандиозного пикника, устраиваемого у соседей.

«Человек более опытный сразу бы догадался, в чем дело…» — подумал Денисов.

Сапронов, видимо, подумал о том же: Антона и обоих инспекторов рассредоточил на лестнице и в коридоре.

— Прошу, — сказал сосед «Смирнова» — пожилой горбоносый человек в спортивном костюме с широченными лампасами, лысый, с густыми обвислыми усами.

Сапронов, за ним Денисов вошли.

Номер оказался на двоих, гостиничного типа, с туалетом и сидячей ванной; две кровати с прикроватными тумбочками, журнальный столик, несколько стульев.

В ванной на стеклянной полочке стояло два стакана с зубными щетками и две мыльницы.

— Мы сейчас немного поговорим, — сказал Сапронов, представившись, потом, наверное, попросим вас временно перейти в другой номер…

Заметив изменившееся выражение лица собеседника, Сапронов уточнил:

— Постараемся, чтобы номер ни в коем случае не оказался хуже. И поможем перенести вещи. Это в ваших же интересах. А товарищи останутся пока здесь,

— Вот его кровать, — показал старик.

Кровать у окна была аккуратно заправлена коричневатым в полоску одеялом. В изголовье торчком стояла подушка.

— Вот его шкаф.

В отведенной для второго постояльца половине Денисов увидел пальто деми, серую кроличью шапку, — В чем же он ушел? — спросил Сапронов.

— У него еще плащ с подстежкой. Кепка, — Большой меховой шапки, поинтересовался Денисов, — волчьей или собачьей, не видели?

— Нет.

— Шляпы? Резиновых сапог?

— Не видел.

«У него несколько нор, — подумал Денисов, — в той одежде он в пансионате не появляется».

— Ключей у него не видели?

— Ключи? — Бакинец пригладил усы. — Были. Я однажды машинально не в ту половину шкафа влез. Платок искал… Три ключа. На кольце. Два коротких, один длинный.

Сапронов заглянул в нижнее отделение шкафа, достал чемодан!

— Ваш?

— Тоже его.

Сапронов положил на кровать, осторожно открыл.

В чемодане ничего не оказалось, кроме пачки лезвий, металлического рожка для обуви. На дне лежали еще три или четыре рубашки и старый справочник для поступающих в высшие учебные заведения.

На тумбочке лежала книга со штампом пансионата — полученная в библиотеке.

— Вечерами сосед ваш, наверное, больше отсутствовал? — спросил Сапронов.

Старик кивнул:

— Я его мало видел.

— Приходил поздно?

— У меня снотворное. Засну — по мне хоть из пушек стреляй, — бакинец улыбнулся.

— А почему вы решили, что он недавно был? — спросил Денисов.

Старик посмотрел на него: