Читаем TRANSHUMANISM INC. полностью

Но ни у кого из мировых дигнитариев не было таких выезженных, послушных и чутких к каждому нейронному разряду помощников, как у кукуратора и его генералов. Секретарей тренировали с детства — сердобольская зеркальная школа считалась лучшей в мире. Чужое тело подчинялось кукуратору так же естественно, как когда-то свое — транслировалась даже мимика…

К кукуратору подошел полковник в каракулевой папахе — технический руководитель проекта.

— Мы готовы, бро, — сказал он. — Ждем улучшения погоды. «Берни» может стрелять хоть сейчас. Посмотрите, видимость для вас нормальная?

Кукуратор поднял бинокль. В линзах мелькнули одинаковые белые холмы, присыпанная снегом пустыня — и появился двухэтажный дом, неестественно одинокий и новый. У столба спокойно ждали своей судьбы два чипованых мерина. Рядом стояли пустые телеги и несколько фанерных щитов в виде человеческих фигурок. На месте щитов должны были быть холопы, но их поморозили в теплушке и решили не ждать новых.

— Потом можно будет подойти, — сказал каракулевый полковник. — Угроза только от избыточного тепла, но тут уйдет быстро.

Кукуратор поглядел вверх. За редкими мелкими снежинками серело высокое небо.

— Где Судоплатонов?

— Просил начинать без него, — ответил Шкуро. — Готовит для вас доклад.

— Тогда начнем.

— Так точно, бро. Командуйте.

Кукуратор чиркнул себя по запястью, и на его руке появился металлический чемоданчик-раскладушка, похожий на гипертрофированные часы. Кукуратор стукнул по его крышке, и чемоданчик раскрылся, превратившись в панель управления. Правая половина управляла гейзером — но туда кукуратор даже не посмотрел. Левая половина экрана теперь тоже была живой.

Там горели цифры, концентрические круги, разноцветные полоски-индикаторы. Во все это вникать не следовало. Кукуратор снова поднял бинокль и поглядел на дом. Интересно, дырка будет больше или меньше? Когда он опустил бинокль, на экране уже горела надпись:

ЦЕЛЬ ЗАХВАЧЕНА

Кукуратор повернулся к полковнику.

— А как ваши крэпофоны определяют, где цель?

— Система захватывает то, на что вы смотрите. Или даже то, о чем вы думаете — если может распознать образ. Любой ясный ментальный знак… Если вы знаете, где ваша цель и что она такое, система знает тоже. Фиксируются не только саккады глаз, но и эмоциональный фон. Целью станет то, что вы ею внутренне назначите… Фокусировка луча и мощность импульса зависят от размеров мишени.

— Стрелять — это вот тут?

Кукуратор указал на мигающую на экране кнопку. Полковник улыбнулся.

— Вашего чемоданчика никто, кроме вас, не видит, — сказал он. — Ни я, ни генералы. Он существует только для вас. Только в вашей симуляции. Но интерфейс предельно простой, если вы уже посмотрели меморолик. Стреляете кнопкой «ПСК».

— Угу, — сказал кукуратор. — А если я наведусь на кого-то в баночном пространстве? Куда мы тогда пальнем?

Полковник кивнул — видно было, что он ждал этого вопроса.

— Вот здесь самое интересное, — ответил он. — Для этого и нужен AI в тридцать мегатюрингов. Наша система подключена к баночной сети тоже. Помогли хакеры Ахмада, но мы и одни сумели бы. Если вы видите аватара в баночном измерении, система отследит, где находится представленный этим аватаром мозг, и нанесет удар прямо по нему.

— По баночному хранилищу? — нахмурился кукуратор.

— Именно. Вот почему это такое грозное оружие.

— Все хранилище будет уничтожено?

— Зависит от планировки. Но в радиусе пятидесяти метров от эпицентра я бы свою банку не поставил. Если бы она у меня, конечно, была…

— Если система будет работать, — сказал кукуратор, — вы свою банку получите.

Полковник просиял и еще раз отдал честь.

— Ну что, нажимаю? — спросил кукуратор.

— Только наведитесь еще раз на всякий случай… А то мы отвлекались.

Кукуратор недобро поглядел на далекий дом-мишень — уже просто так, без бинокля. На экране опять появилась надпись про захваченную цель. Под ней замигала кнопка с красным «ПСК». Кукуратор поднял палец и коснулся ее.

Сверкнула высокая зарница, и между небом и землей проскочила синяя искра, почти невидимая в свете дня. Там, где она ударила в землю, вспучилось ослепительное облако, пожелтело, покраснело, завернулось грибом вверх и быстро померкло, превратившись в столб праха.

Гриб был небольшим — как бы атомный взрыв-бонсай. Когда его отнесло ветром, кукуратор поднес к глазам бинокль.

Дом исчез: от него осталось только крыльцо. Сразу за ступеньками в земле чернела дыра идеально круглой формы. Ее края дымились. Снег вокруг растаял, и земля мокро блестела. Стоящие рядом телеги не пострадали, а фанерные люди даже не опрокинулись на землю. Мерины тоже были живы, но вели себя странно — метались вокруг столба, к которому были привязаны, и беспокойно ржали.

— Изумительно, — сказал кукуратор. — А что с лошадками?

— Импланты выжгло. ЭМП-вихрь. Но у нас импланты понадежней. Человеку, скорей всего, ничего не будет.

— Можно подойти? — спросил кукуратор, опуская бинокль.

— Я бы не спешил пока. Жарко.