Читаем Трагедии моря полностью

Еще одно почти столь же уязвимое морское животное, которое действительно существовало, и притом в большом количестве, было уничтожено до начала XVIII века. 6 сентября 1535 года суда второй экспедиции Жака Картье встали на якорь под прикрытием острова Иль-О-Кудре в бухте Сен-Поль на реке Св. Лаврентия. Отметив присутствие в бухте белух, писарь добавил, что «вокруг острова встречаются несчетные количества de grande tortures — огромных морских черепах. Когда Сэр Хэмфри Джиль-берт писал проспект своей книги о богатстве морской фауны северо-восточного побережья, он в числе первых назвал «треску, лососей, тюленей, макрель, черепах, китов и моржей». Бреретон, посетивший побережье Новой Англии в 1602 году, писал, что обнаружил «черепах» на суше и на море. Черепахи, которых он видел на суше, вероятно, были морскими черепахами, вышедшими на берег для кладки яиц. Приблизительно в 1656 году Дю Крё включает в перечень «рыб» прибрежных вод Квебека черепах, тюленей и китов. Наконец, Джосселин не только насчитал в Новой Англии пять видов «морских черепах», но и наблюдал с борта судна, как «матросы… спустили на воду шлюпку и наловили разных черепах, встречавшихся в неисчислимых количествах в тех местах, куда проложило курс наше судно».

К концу XVII века подобные наблюдения были уже делом прошлого, а в наше время появление в этом регионе в любое время года хотя бы одной черепахи — обычно ложной каретты или кожистой черепахи^{87} — вызывает большую шумиху, особенно когда массивную тушу несчастного гиганта, убитого из ружья или загарпуненного, вытаскивают на берег, чтобы поглазеть на диковину.

Мы рассказали только о двух из многих возможных утрат, понесенных в прошлом сообществом морских животных. Расскажем теперь об огромном уроне, который люди нанесли или продолжают наносить другим животным. Вполне вероятно, что жестокой судьбой им также предопределено раствориться в мифологической мгле вслед за русалками и морскими черепахами.

Еще в 1610 году Шамплейн различал в водах Нового Света три вида представителей древнего семейства рыб — осетров. Одним из них был озерный осетр, изобиловавший в озерах Онтарио и Шамплейн и их речных системах, а также в эстуарии реки Св. Лаврентия. Это была крупная рыба от полутора до двух с половиной метров в длину и нередко весившая пятьдесят килограммов.

Два других вида были морскими осетрами. Взрослые осетры жили в море и заходили в реки только для размножения: небольшой обитатель эстуарий — короткорылый осетр, редко достигавший метровой длины, и действительно огромный атлантический осетр^{88}, некоторые экземпляры его весили до полутонны.

С давних пор соленая осетрина была распространенным блюдом в Европе. Еще в 1520 году французские рыбаки, промышлявшие в водах Нового Света, засаливали большие количества осетрины для внутреннего рынка. Одновременно осетрина служила одним из основных продуктов питания для рыбаков и первых поселенцев, да и для местных жителей. Осетры повсюду были в изобилии. По словам Джона Смита, в Новой Англии не было речки, чтобы в ней не водилось «великое множество» этой рыбы. Шамплейн отмечал, что «[в водах Новой Франции] было такое изобилие атлантических осетров, что от продажи этой рыбы в Германию и другие страны, где она пользовалась большим спросом, можно было бы ежегодно выручать по 100 000 фунтов».

Николя Дени, перечисляя богатства Нового Света, особо выделил осетра: «Некоторые экземпляры достигают в длину восьми, десяти, одиннадцати и двенадцати футов и имеют толстое, как у овцы, туловище… покрытое бляшками величиной с небольшое блюдечко… Их мясо вкусом напоминает говядину… Эти рыбы подходят к устью реки [и] выпрыгивают из воды на высоту, равную длине своего тела. Их добывают с помощью гарпуна… Есть также рыба другого вида, размером поменьше, но зато вкусом получше». Дени отмечал также, что плавательный пузырь осетра — прекрасный источник желатина — прозрачного клейкого вещества, считавшегося весьма полезным в медицине.

В 1630-х годах Уильям Вуд, находясь в Новой Англии, писал о том, что «осетры встречаются здесь повсюду, но лучше всего ловить их на мелководье у Кейп-Кода и на реке Мерримак, где их в большом количестве добывают, солят и отправляют в Англию. Некоторые рыбины достигают двенадцати, четырнадцати или восемнадцати футов длины». Несколько десятилетий спустя Джосселин напишет про тот же район, что «рыбы здесь так много, что по некоторым рекам даже опасно плавать на каноэ или другом легком суденышке подобного рода».

Приблизительно в 1650 году Пьер Буше писал об озерном осетре: «Его добывают в Квебеке [в верховьях рек]; в огромном количестве он встречается во всех крупных озерах… все рыбы большие — четырех, шести или восьми футов длины; я видел, как много осетров добывали перед Монреалем… соленая осетрина очень вкусна и долго не портится».