Читаем Трагедии полностью

Трагедии

Приходят слуги, ведущие с собою пленного Еврисфея.

Слуга

О госпожа, хоть видишь ты, но все жеИ я скажу: вот Еврисфей — тебе⁹³⁰ Нежданный дар; судьбы такой, конечно,Не ждал и он, особенно, когдаОн, бранные Микены покидая,Вел рать свою надменно и мечталАфинские разрушить стены... развеОн чаял быть в твоих руках? Но богОбратное его предначертаньямРешил и дал событьям ход иной:Царь Гилл, а с ним и Иолай почтенныйКрониду в честь победы приношеньеГотовят там и поручили мнеОтрадный дар доставить этот. СлащеДля сердца нет, коль видишь ты врага,⁹⁴⁰ Счастливого так долго, в униженье!

Алкмена

Так вот ты, ненавистный! НаконецИ до тебя добралась Правда! Ну-ка,Гляди сюда, осмелься на враговГлаза поднять... Ты слушаться нас должен,Не мы тебя!.. Неужто это тыДействительно тот самый, что Геракла —Того Геракла, сына моего,Который средь богов теперь, — измучил?Живым его в юдоль Аида даже⁹⁵⁰ Сойти принудил, гидр и львов егоГубить себе в угоду заставлял?Не говорю о хитростях иных,Придуманных твоею злобой; был быИх список слишком длинен... Но тебеИ этого казалось мало, дерзкий:Детей и нас по всей Элладе тыОт алтаря до алтаря скитаться,И стариков и малых, осудил...Вот наконец нашелся город, люди,Которые свободу любят; тыИх запугать не мог — и злую смертьТы обретешь. Ты выгадал и тут...За бедствия, которые тобоюПринесены нам были, не одной,⁹⁶⁰ А тысячи тебе бы казней мало!

Слуга

Но все ж его не вправе ты казнить.

Алкмена

Тогда напрасно в плен его мы брали;Но где ж закон, спасающий его?

Слуга

Афинские владыки так решили.

Алкмена

Что это? Смерти предавать врага —По мнению афинян, не прекрасно?

Слуга

Нет, если взят живым он на войне.

Алкмена

А Гилл? Решенье он признал такое?

Слуга

Что ж, быть ему ослушником Афин?

Алкмена

Что ж, быть живым и здравым Еврисфею?

Слуга

⁹⁷⁰ Тогда неправдой был и плен его.

Алкмена

Еще не поздно ту неправду сгладить!

Слуга

Нет здесь того, кто б мог его убить!

Алкмена

Здесь я! А я ведь — тоже некто, мнится.

Слуга

Смотри! Бесславьем ты себя покроешь.

(Уходит.)

Алкмена

Люблю Афины я, люблю бесспорно;Но Еврисфея — раз он мне достался —Не властен вырвать из людей никто.Кто хочет, пусть меня и дерзкой кличетИ преступившей женских чувств предел,⁹⁸⁰ А месть свою я утолю всемерно.

Корифей

Питаешь гнев ужасный ты, жена,На Еврисфея; знаю — и прощаю.

Еврисфей

Не мни, жена, что в жизнелюбья страстиДо льстивых слов унижу я себя;Нет, трусостью уже не согрешу я.Вражду на сына твоего воздвигЯ не по доброй воле; был я братомДвоюродным тебе, и общность кровиМеня с твоим Гераклом единила.Но все равно, хотел иль не хотел я —⁹⁹⁰ Внушила Гера эту мне болезнь,Она ж была богинею. И вот яВрагом себя Гераклу объявил.А раз вступив на путь вражды жестокой,Я много мук ему изобреталИ, Ночь советчицей избрав, немалоТкал замыслов, чтоб, свергнув супостата,Остаток дней безоблачно провесть.Ведь достоверно знал я, что твой сын —Муж настоящий, не пустое имя:Ты видишь, хоть и враг он мне — за доблестьЯ на хвалу ему не поскуплюсь.¹⁰⁰⁰ И вот он умер; что ж? Не знал я развеПро ненависть ко мне его детейИ про вражды наследственность? И диво ль,Что все пути я испытал, стараясьУбить их иль изгнать? Иль средство былоИное у меня, чтоб мне своеОбезопасить царство? Ты сама бы, —Когда бы жребии сменились наши, —Детенышей разгневанного льваУжели злых терпеть бы стала, житьИм в Аргосе дала б на воле? В этомТы никого не убедишь, жена!Теперь — свершилось! Смерти жаждал я —Меня живым оставили. Отныне —¹⁰¹⁰ Так верует Эллада вся — никтоМеня без скверны уж убить не может.Афины благочестье соблюли:Не ставя гнева выше божьей воли,Меня велели отпустить они.Сказала ты — сказал и я. В дальнейшемУж нет врагов, а есть проситель скромныйИ покровитель благородный. Впрочем,Мне все равно: хоть смерти не желаю —Без горечи расстанусь с жизнью я!

Корифей

Внемли совету кроткому, Алкмена:Почти наш город — мужа отпусти!

Алкмена

¹⁰²⁰ А коль убью его без ослушанья?

Корифей

То было б лучшим; как же совместишь?

Алкмена

Сейчас поймешь. Его лишу я жизни,А труп отдам родным, когда придут.Так в отношенье тела волю гражданИсполню свято, он же понесетИз рук моих заслуженную кару.

Еврисфей

Что ж, убивай... вымаливать себеСпасения не буду. Град же этот,За то что отпустил меня и верностьПросителю соблюл, получит дарВеликий от меня — вещанье Феба.В цене высокой он с годами будет,Не вздумать даже вам теперь. Меня¹⁰³⁰ Похоронить прошу, где мне судьбоюНазначено, у храма Девы браннойПалленского! Землей засыпан, гостьАфинского предела, я останусьХранителем для вас и другом верным,А для потомства этих ГераклидовВрагом непримиримым, коль придутС дружиною бесчисленной в Афины,Забыв о вашей ласке. Вот когоПригрели вы! Вы спросите, как мог я,Оракулом владея тем, бесстрашноИдти сюда? Увы! Я Геру мнилСильнее всех вещаний; не считал я,Что нас она покинет! На моем¹⁰⁴⁰ Не надо гробе крови, возлияний;Довольно с нас и нашей мести, — я,Несчастный, дам возврат им, а АфинамДвойною пользой будет смерть моя:Я им заступник — и врагам их враг!

Алкмена

Чего ж вам медлить? Смерть его отрадуИ вам сулит, и вашим детям; самиВы слышали — убейте же его.Он сам вам путь надежный указует:При жизни враг он всем, по смерти — друг.Итак, ведите, слуги, вы его,А после казни труп похороните.Того не будет, чтоб меня вторично,Живой, изгнал ты из земли моей!