Читаем Традиция и Европа полностью

Гибеллинское средневековье, видимо, в определённое время в высшей степени обнаруживало такое сближение и должно было предлагать, так сказать, исторически–духовный материал, посредством которого империя Грааля не только скрытно, но также и явно, как в изначальной традиции, стала бы одновременно внутренней и внешней действительностью. На этом пути можно представить, что Грааль увенчивал собой как средневековый императорский миф, так и высшее вероисповедание гибеллинства. Такое признание можно найти скорее в предании, чем в жизни и в ясной, политической воле того времени. Таким же образом в индивиде выражается то, что происходит глубже всего и опаснее всего — в меньшей степени образованием форм рефлексирующего сознания, а скорее при помощи символов мечты и подсознательной самобытности.

Средневековье ждало героя Грааля, чтобы вновь расцвело «сухое» древо империи, и любая раздвоенность, любая узурпация, любая противоположность была бы разрушена, а солнечный порядок возгосподствовал. Империей Грааля, которую нужно было привести к новому блеску, была Священная Римская Империя германской нации. Герой Грааля стал бы «повелителем всех существ», которому передается «наивысшая власть». Это был бы исторический император, ‘Fredericus’, если бы он претворил в жизнь мистерии Грааля и соответственно гиперборейские мистерии.

История и вечность, кажется, встретились в одно мгновение: период метафизического напряжения, вершина и наивысшая надежда — и после этого вновь крушение и рассеяние.

Кажется, что вся литература о Граале втиснута в короткий период времени: видимо, все тексты были написаны после последней четверти XII в. и до первой четверти XIII в. В конце первой четверти XIII в. о Граале внезапно прекращают говорить — как бы услышав приказ. О Граале пишут снова только спустя много лет и в уже ином настроении. Это выглядит подобно тому, как если бы в определённое мгновение появилось подземное течение, но непосредственно после этого удалилось снова в невидимое (согласно Вестону). Время этого погружения традиции Грааля приблизительно соответствует кануну трагедии тамплиеров. Вероятно, в этом и лежит источник этого крушения.

У Вольфрама рыцари Грааля являются «храмовниками» (Templeise) и, соответственно, тамплиерами, хотя у него не говорится ни о каком храме. В определённых текстах рыцари–монахи таинственного «острова» несут знак тамплиеров: красный крест на белой одежде. В других текстах приключения Грааля принимают форму борьбы с сумерками богов: герой Грааля совершает «месть» и восстанавливает империю. Тем не менее, небесный голос объявляет, что он должен удалится с Граалем на таинственный остров. Кораблём, который забирает его, является тамплиерское судно: оно несёт белый парус с красным крестом.

После крушения императорской культуры древние символы и предания цикла Грааля, видимо, сохраняют расходящиеся как кровеносные сосуды тайные союзы: гибеллинские «верные любви», более поздние миннезингеры, герметисты. Вместе с тем они доживают вплоть до розенкрейцеров. У розенкрейцеров тот же миф появляется снова: солнечный замок, император как «повелитель четвёртой империи» и разрушитель всякой духовной узурпации; невидимое братство трансцендентных личностей, объединённых исключительно намерением и сущностью; в конце концов, странная тайна воскресения короля — тайна, которая превращается в констатацию, что король уже жив и бодрствует. Тот, кто присутствует на этой мистерии, несет знамя тамплиеров: белое знамя с красным крестом. Также в это принимает участие животное Грааля — голубь.

Тем не менее, приказ, кажется, был дан также и здесь. В определённое время внезапно повсюду прекращаются упоминания о розенкрейцерах. Согласно преданию, к тому времени, когда абсолютизм, рационализм, индивидуализм и Просвещение уже собирались расчистить путь для Французской революции, последние настоящие розенкрейцеры уже должны были покинуть Запад и удалиться в «Индию» [52] .

Индия здесь является лишь символом. Она означает страну пресвитера Иоанна, арийского царя мира. Это Аваллон. Это Туле. Согласно одному тексту, тёмные времена нависли над Сальватеррой (Salvatierra), где находятся рыцари замка Монсальват. Грааль не может там больше оставаться. Его увозят в «Индию», в царство Иоанна, лежащее «у рая». Если рыцари Грааля высадились там однажды, то там внезапно и чудодейственно обнаруживается также и замок Монсальват, так как «среди грешных народов не должно остаться ничего из этого». Сам Парсифаль принимает сан «пресвитера Иоанна». О Шамбале, таинственном «городе севера», куда ведут «северные дороги» и соответственно «пути арийских богов», deva–yâna, тибетские аскеты говорили: «Она лежит в моём духе».

* * *