Читаем Тотальная проверка полностью

Перебежками дед Изя и бабушка Роза понесли вещи, Рома оставался стеречь оставшиеся на асфальте. Затем меняются, при этом каждый раз громогласно проверяется общее количество мест. Переваливаясь с ноги на ногу, 120-килограммовая бабушка Роза внесла себя в здание аэропорта, где своим голосом сразу заглушила очередное объявление о задержке рейса на Вену. Все громадное пространство аэропорта сжалось и собралось в одной точке, где Изя, Роза и Рома, размахивая руками в разные стороны, отчаянно крича и перебивая друг друга, пытались отыскать сектор на свой рейс.

В Организации эта семья, к услугам которой прибегали крайне редко, была одной из самых лучших групп поддержки. Они работали вслепую, вернее, знала, что это работа, только Роза. Задача перед ней ставилась простая – создать как можно больше шума и неразберихи при прохождении таможенного досмотра. Не отказываться, если кто-нибудь захочет помочь поднести их вещи и легко вступать в разговор с незнакомыми людьми. За такой «пустяк» – билеты туда и обратно, неплохие командировочные и, в данном случае, возможность пожить недельку в Киеве у дальних родственников. Полная легальность, ничего уголовно наказуемого. Вернувшись в Москву, Роза получит гонорар в виде выигрышного билета в лотерею с нешуточной суммой.

В далеком прошлом в столице ее знали, как «одесситку», одну из самых красивых валютных проституток, которая «работала» на улице Горького. Теперь Роза Львовна Либерман просто бабушка, любимица соседей своего дома, королева лавочки возле подъезда. Своих детей у Розы не было, а внучатый племянник Рома часто гостил у нее, пока родная мать, дочь Изи, подрабатывала челночными рейсами в Стамбул.

Мужчина в сером пиджаке сразу узнал эту семейку по описанию и больше не смотрел в их сторону. Каждый волосок на его голове был сейчас чувствительно антенной, настроенной на опасность. Откинувшись на спинку кресла и потирая переносицу пальцами, он краем глаза увидел ничем не примечательный жигуленок, который не остановился в месте, где обычно высаживают пассажиров, а проехал далеко по автостоянке и замер только перед выездом на трассу в сторону Домодедово.

– Раньше минут на двадцать, – высчитал он. Это не было похоже на пресловутый план «Перехват», который объявляли в столице чуть ли не каждый день. А когда из машины вышли четыре человека и деловито двинулись в разные стороны аэропорта, он усилием воли подавил улыбку.

– Боже, как дети, – вспомнил он фразу из одного любимого фильма и снова уткнулся в газету, дочитывая статью о том, как певица Маша Распутина расквасила кому-то нос на одном из своих концертов.

Мимо, как ураган, пронесся Рома. Маленький игрушечный рюкзачок на его спине бил по пояснице и побрякивал игрушками. До объявления регистрации оставалось пять минут.

По залу ожидания начался «чес». Один из «оперов», скорее всего, самый опытный, купив мороженое, наслаждался им, медленно двигаясь по центру зала. Он ни на кого не смотрел и никого не выискивал. Как профессионал он ждал взгляда в свою сторону, одного-единственного, мимолетного, настороженного. Двое других, очевидно, стажеры, купив по букетику цветов, ежеминутно смотрели на часы, вертели головами, заглядывали в щелочки дверей, где досматривали пассажиров прибывших рейсов, обращались к разным людям с вопросами, бегали по очереди в туалет. Где был четвертый тоже не секрет – он проверял компьютерную базу данных на всех пассажиров улетающих самолетов, сверяя ее со своей, принесенной на дискете. Обычная проверка, при которой нет никаких надежд на успех – слишком велики ячейки забрасываемой «сети», но есть инструкция и ее необходимо отработать.

2

Столешников переулок перекрыт полностью, весь транспорт пущен в объезд. Пешеходы идут по узкому проходу, оставленному с одной стороны проезжей части и то только до магазина канцтоваров. Дальше оранжевые ленты – «НЕ ПЕРЕСЕКАТЬ – МИЛИЦИЯ», опоясали место, где сейчас работают криминалисты. С верхних этажей домов из окон высунулись любопытные домохозяйки.

Серебристый, сияющий новизной автомобиль BMW 5 Series стоит, намертво припечатанный к афишной тумбе, вся левая передняя сторона машины смята в гармошку. В водительском боковом окне, в середине паутины трещин – крошечное круглое отверстие. Никто выстрела не слышал, и вначале думали, что водитель не справился с управлением и, вильнув в сторону, наехал на тумбу. Личность убитого установили сразу по найденным документам – Гаркуша Станислав Сергеевич, депутат Госдумы, в прошлом – известный кинорежиссер, поставивший ряд фильмов на криминальные темы, в перестроечный период снискавший себе славу смелого обличителя авторитетов криминального мира. Пуля, очевидно, со смещенным центром тяжести вошла точно в левый висок и, скорее всего, превратила мозг в кашу. Выходного отверстия не было, что могло означать или слабое оружие, или большую дальность стрельбы. Голова убитого левой щекой лежала на рулевой подушке безопасности, сработавшей при ударе, руки безвольно свисали вниз. Открытые глаза выражали удивление.