Бывший командующий 2-й танковой группы (группа армий "Центр") генерал Г. Гудериан: "17 июня я провел рекогносцировку р. Зап. Буг, вдоль берега которой проходил наш передний край. 19 июня я посетил 3-й армейский корпус генерала фон Макензена, находившийся справа от моей танковой группы, 20 и 21 июня находился в передовых частях моих корпусов, проверяя их готовность к наступлению. Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях". Гудериан Г. Воспоминания солдата. — Смоленск.: Русич, 1999 Стр.208

Начальник Генерального штаба Сухопутных войск Германии генерал Ф. Гальдер в своём дневнике отмечал: "22 июня 1941 года (воскресенье). 1-й день войны. Утренние сводки сообщают, что все армии, кроме 11-й [на правом фланге группы армий "Юг" в Румынии], перешли в наступление согласно плану. Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью.Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолеты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать. Можно ожидать еще большего влияния элемента внезапности на дальнейший ход событий в результате быстрого продвижения наших подвижных частей, для чего в настоящее время всюду есть полная возможность". Гальдер Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника Генерального штаба Сухопутных войск 1939–1942 гг. — М.: Воениздат, 1968–1971.

Итак, нацистская верхушка и германский генералитет были уверены не только в неготовности советских войск к выступлению против Германии. но и скептически оценивали оборонительные возможности Красной Армии. Однако, геббельсовская пропаганда объясняла немецкое выступление вынужденными мерами противодействия опасности советской агрессии. Но на то она и пропаганда.

В случае реализации сталинского Великого Освободительного похода Политуправление РККА нашло бы убедительные слова. И действия советских войск были бы объяснены вынужденными мерами противодействия опасности германской агрессии.

И надо признать, что и у той и у другой стороны были основания для соответствующих заявлений о превентивном ударе.

И не надо в "праведном" гневе: "Как можно сравнивать и ставить на одну доску нацистскую Германию и Советский Союз?". Сравнение – один из методов исследования. А упоминаемая доска посредине имеет основание, превращающая доску в весы.

Вместо Заключения

Несостоятельность позиции А. Исаева становится понятна уже после знакомства с Введением к книге и первыми тремя главами. Поэтому нет смысла рассматривать остальные главы его "опуса". Во Введении А. Исаев пишет: