Читаем Торпеда мимо «Ледокола» полностью

Вряд ли А. Исаев станет отрицать, что несмотря на скромные наименования танковая группа войсковые соединения и Гота и Гудериана вполне можно назвать ударными армиями, и действовали они как и подобает ударным армиям; а вот 10-я армия для А. Исаева – не ударная. Но такова уж исаевская логика.

Отметим и еще один важный момент. Поскольку и для обороны, и для наступления войска из глубины страны и других театров военных действий нужно выдвигать к границе, то появляется еще один ответ на тему о "Сталин не верил". До определенного момента действия Германии не внушали опасений. Они вполне могли быть истолкованы как защита тыла от неожиданностей в ходе вторжения в Англию. Соответственно немцы выдвигали войска к советским границам на случай необходимости вести боевые действия вследствие вмешательства СССР по тем или иным причинам в войну на стороне Великобритании. То есть для действий, аналогичных операции 8-й германской армии в Восточной Пруссии в Первую мировую, когда немцы так же повернулись к России спиной, начав наступление во Франции по плану Шлиффена. Для построения устойчивой обороны войск требовалось больше, чем было на границе с СССР в 1940 году. Соответственно, в первой половине 1941 года производились перемещения войск, которые можно было расценить двояко: и как подготовку к нападению, и как подготовку к сдерживающим действиям на случай вмешательства СССР в войну при начале "Зеелеве". То есть выдвижение войск к советским границам само по себе еще не свидетельствовало о возможном нападении. Ф. И. Голиков 31 мая честно доложил Сталину, что силы немцев распределены так:

"против Англии (на всех фронтах) — 122–126 дивизий

против СССР – 120–122 дивизии,

резервов – 44–48 дивизий".

Цитирую "Спецсообщение разведуправления Генштаба Красной Армии о группировке немецких войск на 1 июня 1941-го". Хорошо видно, что количество дивизий, выделенных для действий на Западе, даже слегка больше выделенных против СССР. То есть ситуация на 1 июня была неопределенная, яркой направленности против СССР группировка вермахта, по данным советской разведки, не имела.

С вопросом "верил-не верил" А. Исаев, вроде, "разобрался" в начале этой главы, хотя определённо и однозначно свою позицию так и не выразил. Однако, двигаясь по кругу своих непоколебимых убеждений (логика и чужие мнения ему не нужны), он неизбежно приходит к началу (совсем как в известной трагедии: "У попа была собака"). Итак, если в первом круге своих рассуждений А. Исаев старался доказать, что факт отдачи Директивы № 1 свидетельствовал об осознании И. Сталиным опасности немецкого нападения, аргументируя это главным образом своей уверенностью в высоких умственных способностях И. Сталина, во втором круге он стал говорить, что имеющиеся разведданные не позволяли Сталину сделать однозначный вывод о намерениях Гитлера. Это Сталину-то, "гению всех времён и народов"! Слабовато у А. Исаева с логикой.

К концу 30-х годов И. Сталин – признанный наследник В. И. Ленина, гениальный теоретик марксизма-ленинизма и непревзойдённый знаток международный отношений, основатель Красной Армии и пр. и пр. К этому времени и сам И. Сталин в это поверил. Сложился культ личности И. Сталина. Он стал Диктатором со всеми вытекающими отсюда последствиями. Всё стал решать один человек, и неизмеримо возросла цена его ошибки. Международная обстановка конца 30-х – начала 40-х годов была супер-сложной. 1 сентября 1939 г. разразилась вторая мировая война. С начала 1941 г. начинают поступать разведданные о концентрации немецких войск на границах СССР. В это время Германия находится в состоянии войны с Великобританией и для нанесения ей окончательного удара требуется переправа через Ла-Манш и высадка немецких войск на Острова. И. Сталин пришёл к мнению, что, не "разобравшись" с Англией, Германия на СССР не нападёт. Он не учёл того, что бешеная собака непредсказуема. Информация к И. Сталину поступала из разных источников: это и разведуправление ГШ РККА, и НКВД (НКГБ), и посольства, и Коминтерн. В условиях культа личности все эти инстанции учитывали мнение диктатора.

"Вопреки всем сообщениям разведки о сосредоточении у советских границ 170 дивизий в мае 1941 г. Берия заверял Сталина: "Я и мои люди, Иосиф Виссарионович, твердо помним Ваше мудрое предначертание: в 1941 г. Гитлер на нас не нападет"". Гареев М. А. Маршал Жуков. — М.:—Уфа, 1996. Глава 1