Читаем Торпеда мимо «Ледокола» полностью

Таким образом, отметая словесную шелуху, следует признать, высказывания A. Исаева, отражённые в импликации p_i–>q_i, полностью совпадают с высказываниями В. Суворова, отражённые в импликации p_s–>q, так как полностью совпадают соответственно посылки и следствия.

Следует заметить, что в соответствии с Конституцией СССР главой государства был председатель Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинин. А И. В. Сталин был Генеральным секретарём ЦК ВКП(б), а с 7 мая 1941 г. — и Председателем Совета Народных Комиссаров. Правда, надо иметь в виду, что И. Сталин был Диктатором и, как искусный кукловод, крепко держал нити управления страной в своих руках. Только имея это в виду, можно говорить о И. Сталине – "главе советского государства". А "Всесоюзный староста" М. И. Калинин выполнял очень важную роль "зицпредседателя" при Великом Диктаторе А вопрос об умственном уровне Сталина В. Суворовым и не поднимался. Насколько я понимаю, В. Суворов руководствуется принципом: "По делам судите их".

Обратимся к воспоминаниям не "косвенного" свидетеля, а непосредственного участника и очевидца:

"Вечером 21 июня мне позвонил начальник штаба Киевского военного округа генерал-лейтенант М. А Пуркаев и доложил, что к пограничникам явился перебежчик – немецкий фельдфебель, утверждающий, что Пуркаев и доложил, что к пограничникам явился перебежчик – немецкий фельдфебель, утверждающий, что немецкие войска выходят в исходные районы наступления, которое начнется утром 22 июня.

Я тотчас же доложил наркому и И. В. Сталину то, что передал М. А. Пуркаев.

— Приезжайте с наркомом минут через 45 в Кремль, — сказал И. В. Сталин.

Захватив с собой проект директивы войскам, вместе с наркомом и генерал-лейтенантом Н. Ф. Ватутиным мы поехали в Кремль. По дороге договорились во что бы то ни стало добиться решения о приведении войск в боевую готовность.

И. В. Сталин встретил нас один. Он был явно озабочен.

— А не подбросили ли немецкие генералы этого перебежчика, чтобы спровоцировать конфликт? — спросил он.

— Нет, — ответил С. К. Тимошенко. — Считаем, что перебежчик говорит правду.

Тем временем в кабинет И. В. Сталина вошли члены Политбюро. Сталин коротко проинформировал их.

— Что будем делать? — спросил И. В. Сталин.

Ответа не последовало.

— Надо немедленно дать директиву войскам о приведении всех войск приграничных округов в полную боевую готовность, — сказал нарком.

— Читайте! — сказал И. В. Сталин.

Я прочитал проект директивы. И. В. Сталин заметил:

— Такую директиву сейчас давать преждевременно, может быть, вопрос еще уладится мирным путем. Надо дать короткую директиву, в которой указать, что нападение может начаться с провокационных действий немецких частей. Войска приграничных округов не должны поддаваться ни на какие провокации, чтобы не вызвать осложнений.

Не теряя времени, мы с Н. Ф. Ватутиным вышли в другую комнату и быстро составили проект директивы наркома.

Вернувшись в кабинет, попросили разрешения доложить.

И. В. Сталин, прослушав проект директивы и сам еще раз его прочитав, внес некоторые поправки и передал наркому для подписи.