Читаем Топоры и стрелы полностью

Англия очень богата и на призраки различных исторических личностей, в том числе коронованных особ. Исключением не стала и Французская Волчица. Говорят, что в развалинах церкви Серых Братьев можно увидеть ее призрак с крайне злым лицом и прижатым к груди сердцем, конечно же, когда-то принадлежащим Эдуарду Второму. Вариант – Роджеру Мортимера.

Ее пронзительный хохот и безумные вопли можно услышать грозовыми ночами в замке Райзинг, расположенном в графстве Норфолк, где она и провела последние двадцать восемь лет своей жизни. Этот призрак можно встретить и в подземных потайных ходах, сохранившихся до сих пор под Ноттингемским замком, тем самым, где Мортимер и был схвачен в спальне Изабеллы. Теперь королева тщетно ищет своего любовника.

При вдумчивом изучении вопроса окажется, что и история князя Геннегау, еще именуемого графом Эно, решившего подмогнуть войском будущему зятю, с романтикой имеет мало общего. Дело даже не в том, что он горячо одобрил брак дочери с наследником английского престола. Гораздо более важную роль тут сыграло кое-что другое.

За кулисами этих событий, как не раз случалось и прежде, и после, скромненько стояли господа банкиры. Они никогда не испытывали желания светиться на публике, вовсе даже наоборот, но очень часто как раз и служили мотором самых серьезных предприятий. Вот только рассказывать об этом финансисты не любили и уж тем более мемуаров не писали даже тогда, когда мода на них распространилась широко.

Самое время рассказать о деятельности иностранных банкиров в Англии и об их влиянии на очень многие события. История длинная, но, могу заверить читателя, крайне интересная. Именно из-за того, что банкиры влияли на очень многое и объявлялись на заднем плане там, где простодушный человек или книжник, увлеченный высокими материями, и подумать не могли об их присутствии.

Во времена саксонских королевств ростовщиков в Англии не имелось. Банкиров впервые в английской истории «импортировал», попросту говоря привез с собой, Вильгельм Завоеватель. Он сделал это не из какой-либо любви к ним, сплошь иудеям, а из соображений насквозь практических. Вильгельм стремился к тому, чтобы бароны, вообще все феодалы, вносили налоги и подати в королевскую казну не натурой, а именно что деньгами.

Евреи к тому времени уже поднакопили немалый опыт в банковских делах. Именно они придумали заемные письма. Надо сказать, что это изобретение оказалось весьма полезным. Деньги в те времена были только металлические, весили немало. При совершении какой-то крупной сделки человеку пришлось бы взваливать на спину увесистый мешок звонкой монеты и порой ехать с ним через всю Европу или плыть на немаленькие расстояния. На дорогах – разбойники во множестве, на морях – чертова уйма пиратов.

Заемные письма эту проблему снимали. Можно было где-нибудь в Париже отправиться к финансисту, отдать ему деньги и получить взамен клочок пергамента, который легко спрятать в одежде, а по прибытии на место получить у другого человека денежки сполна, за исключением небольшого процента, удержанного за услуги.

Тут нужно добавить, что приоритет изобретения заемных писем у евреев оспаривали и генуэзцы, и рыцари-тамплиеры, но полной ясности в этом вопросе нет.

Словом, евреи Завоевателю понадобились как узкие специалисты. Своих, доморощенных мастеров этого дела в наличии у него не имелось. Точно так семьсот лет спустя, усовершенствуя сбор налогов, прусский король Фридрих Великий позовет французов, лучших специалистов в Европе того времени по сдиранию… простите, сбору налогов.

Позже евреи освоили не только сбор налогов, но и другие операции. Они давали деньги в долг под залог движимого и недвижимого имущества, в первую очередь баронам. Их положение в Англии было довольно специфическим. Крепостными крестьянами никого не удивишь, но английские короли первыми и, кажется, единственными в Европе завели у себя… крепостных банкиров. Именно так! Они ввели принцип, по которому сами эти евреи, все их деньги и прочее имущество становились собственностью короля. Генрих Первый включил в законы новую статью: «Да будет известно, что все евреи должны находиться во всем государстве под защитой и покровительством короля. Никто из них не может без разрешения короля переходить к какому-либо богатому владетелю, ибо евреи со всем их имуществом принадлежат королю, так что, если бы кто захватил их самих или их деньги, король, если сможет и захочет, будет требовать возвращения их как своей собственности».