Читаем Том 9 полностью

Но помочи, на которых водят детей, становятся путами для взрослого. Обособленность, сослужившая свою службу в период младенчества рабочего движения, становится губительной в период его зрелости. Пусть же будут представлены все профессии, в помощи которых мы нуждаемся. Вверяйте дело рабочего класса не одной фабрике, не одному городу и даже не одному округу, — вверяйте его парламенту рабочих»[404].

Написано К. Марксом 29 ноября 1853 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 3948, 12 декабря 1853 г.

Подпись: Карл Маркс

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

Ф. ЭНГЕЛЬС

ВОЙНА НА ДУНАЕ

Как мы уже отмечали, отступление турок от Олтеницы, по-видимому, означает завершение первого периода русско-турецкой войны[405]. Этим отступлением по крайней мере заканчивается, по-видимому, первая, отчетливо выраженная серия операций, начало которой было положено переправой у Калафата; на смену ей должно прийти либо спокойное пребывание на зимних квартирах, либо осуществление новых, еще не разработанных планов. Поэтому наступил как будто бы подходящий момент для обзора кампании, которая была проведена до настоящего времени, тем более, что только что получены официальные и неофициальные отчеты о единственном значительном сражении на Дунае — предпринятой русскими атаке турецкого tete-de-pont {предмостного укрепления. Ред.} у Олтеницы.

28 октября турки, расположенные в Видине, переправились через реку и заняли Калафат. При овладении этим пунктом они вряд ли встретили какое-либо противодействие, если не считать стычек с небольшими разведывательными отрядами; ибо, когда русские собрались было сосредоточить значительные силы у Крайовы для наступления на Калафат, до них дошли тревожные известия о втором и еще более опасном продвижении турок, которые 2 ноября форсировали Дунай у Олтеницы, откуда они серьезно угрожали русским коммуникациям. Одновременно турки предприняли ряд ложных и второстепенных атак вдоль всего Дуная от Видина до Олтеницы, но эти атаки либо застали русских наготове, либо были предприняты слишком недостаточными силами, чтобы ввести в заблуждение противника и спровоцировать его на какое-либо серьезное ошибочное действие.

Поэтому войска, находящиеся у Калафата, никто не тревожил и они постепенно пополнялись подкреплениями, благодаря которым, как сообщают, их численность увеличилась приблизительно до 24000 человек. Так как эти войска не продвигались вперед и не подвергались нападению, то мы можем на время не принимать их во внимание.

Переправа у Олтепицы происходила, согласно отчету Омер-паши, следующим образом. Олтеница — деревня, расположенная близ слияния реки Арджеш с Дунаем. Против устья Арджеша на Дунае имеется остров; на южном берегу этой реки, круто поднимающемся почти на 600–700 футов, находится деревня и крепость Туртукай, воздвигнутая на самой вершине этого высокого берега. Орудия Туртукая могут поэтому оказать самую действенную поддержку любым силам, форсирующим реку в этом пункте. 1 ноября турки переправились на остров и соорудили там за ночь солидные окопы. 2 ноября с этого острова они переправились на валашский берег, восточнее Арджеша. На валашскую сторону на лодках было переброшено два батальона с сотней кавалеристов и двумя пушками; несколько залпов из орудий Туртукая заставили русские передовые посты покинуть здание лазарета, находящееся недалеко от берега реки, и турки тотчас же овладели этим зданием, которое принесло им большую пользу. Это массивное сооружение со сводчатыми стенами обладало, почти не требуя при этом каких-либо дополнительных работ, всеми выгодными качествами редюита — наиболее излюбленного укрепления в полевой фортификации. Турки тотчас же начали рыть окопы от Арджеша до Дуная; на этих работах было непрерывно занято до четырехсот человек; фашины и корзины были приготовлены заранее. Из всех сообщений, получаемых нами, мы можем лишь заключить, что эти окопы образовывали непрерывную линию, целиком преградившую русским всякий доступ от их позиций к месту высадки турок. Укрепления, представляющие собой непрерывные линии окопов, давно уже всеми отвергнуты и признаны неэффективными; но особое назначение этих окопов как предмостного укрепления, тот факт, что в готовом виде был найден солидный редюит и что у турок не хватало саперов, а также другие обстоятельства, связанные с особенностями турецкой армии, — возможно, все-таки сделали целесообразным применение этой устаревшей системы. На Арджеше турки нашли некоторое количество лодок, которые вместе с имевшимися у них ранее они тотчас же использовали для наведения моста через Дунай. Все эти работы были почти закончены к утру 4 ноября.

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Коренная Россия. Былины. Заговоры. Обряды
Коренная Россия. Былины. Заговоры. Обряды

Что мы знаем о духовном наследии коренной России? В чем его основа? Многие не задумываясь расскажут вам о православной традиции, ведь её духом пропитаны и культурные памятники, и вся историческая наука, и даже былинный эпос. То, что христианская догматика очень давно и прочно укоренилась в массовом сознании, не вызывает сомнений. Столетиями над этим трудилась государственно-церковная машина, выкорчевывая неудобные для себя обычаи народной жизни. Несмотря на отчаянные попытки покончить с дохристианским прошлым, выставить его «грязным пережитком полудиких людей», многим свидетельствам высокодуховной жизни того времени удалось сохраниться.Настоящая научная работа — это смелая попытка детально разобраться в их содержании. Материал книги поражает масштабом своего исследования. Он позволит читателю глубоко проникнуть в суть коренных традиций России и прикоснуться к доселе неведомым познаниям предков об окружающем мире.

Александр Владимирович Пыжиков

Культурология
Василь Быков: Книги и судьба
Василь Быков: Книги и судьба

Автор книги — профессор германо-славянской кафедры Университета Ватерлоо (Канада), президент Канадской Ассоциации Славистов, одна из основательниц (1989 г.) широко развернувшегося в Канаде Фонда помощи белорусским детям, пострадавшим от Чернобыльской катастрофы. Книга о Василе Быкове — ее пятая монография и одновременно первое вышедшее на Западе серьезное исследование творчества всемирно известного белорусского писателя. Написанная на английском языке и рассчитанная на западного читателя, книга получила множество положительных отзывов. Ободренная успехом, автор перевела ее на русский язык, переработала в расчете на читателя, ближе знакомого с творчеством В. Быкова и реалиями его произведений, а также дополнила издание полным текстом обширного интервью, взятого у писателя незадолго до его кончины.

Зина Гимпелевич

Биографии и Мемуары / Критика / Культурология / Образование и наука / Документальное
Повседневная жизнь средневековой Москвы
Повседневная жизнь средневековой Москвы

Столица Святой Руси, город Дмитрия Донского и Андрея Рублева, митрополита Макария и Ивана Грозного, патриарха Никона и протопопа Аввакума, Симеона Полоцкого и Симона Ушакова; место пребывания князей и бояр, царей и архиереев, богатых купцов и умелых ремесленников, святых и подвижников, ночных татей и «непотребных женок»... Средневековая Москва, опоясанная четырьмя рядами стен, сверкала золотом глав кремлевских соборов и крестами сорока сороков церквей, гордилась великолепием узорчатых палат — и поглощалась огненной стихией, тонула в потоках грязи, была охвачена ужасом «морового поветрия». Истинное благочестие горожан сочеталось с грубостью, молитва — с бранью, добрые дела — с по­вседневным рукоприкладством.Из книги кандидата исторических наук Сергея Шокарева земляки древних москвичей смогут узнать, как выглядели знакомые с детства мес­та — Красная площадь, Никольская, Ильинка, Варварка, Покровка, как жили, работали, любили их далекие предки, а жители других регионов Рос­сии найдут в ней ответ на вопрос о корнях деловитого, предприимчивого, жизнестойкого московского характера.

Сергей Юрьевич Шокарев

Культурология / История / Образование и наука
Паралогии
Паралогии

Новая книга М. Липовецкого представляет собой «пунктирную» историю трансформаций модернизма в постмодернизм и дальнейших мутаций последнего в постсоветской культуре. Стабильным основанием данного дискурса, по мнению исследователя, являются «паралогии» — иначе говоря, мышление за пределами норм и границ общепринятых культурных логик. Эвристические и эстетические возможности «паралогий» русского (пост)модернизма раскрываются в книге прежде всего путем подробного анализа широкого спектра культурных феноменов: от К. Вагинова, О. Мандельштама, Д. Хармса, В. Набокова до Вен. Ерофеева, Л. Рубинштейна, Т. Толстой, Л. Гиршовича, от В. Пелевина, В. Сорокина, Б. Акунина до Г. Брускина и группы «Синие носы», а также ряда фильмов и пьес последнего времени. Одновременно автор разрабатывает динамическую теорию русского постмодернизма, позволяющую вписать это направление в контекст русской культуры и определить значение постмодернистской эстетики как необходимой фазы в историческом развитии модернизма.

Марк Наумович Липовецкий

Культурология / Образование и наука