Читаем Том 9 полностью

Возможность стать капиталистами! Одновременно с этим «Economist» указывает рабочим, что если даже они в конечном счете и добьются десятипроцентной прибавки к своему прежнему заработку, то будут получать всего 16 шилл. 6 пенсов в неделю вместо 15 шиллингов. При этом, исчисляя среднюю заработную плату в 15 шилл. в неделю, он ее значительно завышает. Но не в этом дело. Как же сделаться капиталистом, получая 15 шилл. в неделю? Это — проблема, заслуживающая изучения. Рабочие-де неправильно полагали, что для того, чтобы улучшить свое положение, они должны пытаться увеличить свои доходы. «Они бастовали, — пишет «Economist», — добиваясь большего, чем могла дать им любая работа». Зарабатывая 15 шиллингов в неделю, они имели реальную возможность стать капиталистами, зато при заработке в 16 шиллингов 6 пенсов такая возможность исчезла бы! С одной стороны, рабочие должны стремиться к тому, чтобы рабочих рук было мало, а капитала как можно больше, дабы иметь возможность заставить капиталистов повысить заработную плату. Но если капитала становится чересчур много, а рабочих рук мало, то рабочие ни в коем случае не должны воспользоваться той возможностью, ради которой они должны были отказываться от вступления в брак и размножения! «Они позволили себе более роскошную жизнь». Во времена хлебных законов, как нам сообщает сам же «Economist», они жили впроголодь, не имели необходимой одежды и едва не умирали от истощения. Если они вообще хотели жить, то как могли они себе позволить менее «роскошную» жизнь, чем та, которая была у них тогда! «Economist» то и дело помещал на своих столбцах таблицы с данными об импорте, дабы показать растущее благоденствие народа и процветающее состояние дел. То, что тогда объявлялось показателем неслыханных благ, принесенных с собой свободой торговли, ныне осуждается как проявление неразумной расточительности рабочего класса. Мы, однако, по-прежнему отказываемся понимать, как может продолжаться увеличение импорта при уменьшении населения и сокращении потребления, как может продолжаться увеличение экспорта при уменьшении импорта и каким образом возможно расширение промышленности и торговли при сокращении импорта и экспорта?

«В-третьих, золотую возможность рабочим нужно было использовать для того, чтобы самим получить и дать своим детям лучшее образование, какое только было доступно, и тем самым сделать себя более достойными улучшения, происшедшего в их материальном положении, и научиться извлекать наибольшую выгоду из этого улучшения. К несчастью, мы вынуждены констатировать, что школы на редкость плохо посещались и на редкость плохо вносилась плата за обучение».

Что же тут удивительного? Оживлению торговли сопутствовали расширение предприятий, рост применения машин, все большая замена взрослых рабочих женщинами и детьми и удлинение рабочего дня. Чем больше матери и дети были заняты на фабриках, тем меньшей была посещаемость школ. И, наконец, возможность получать какого рода образование вы предоставляете родителям и их детям? Возможность научиться удерживать рост населения на уровне, предписанном Мальтусом, — отвечает «Economist». Образование, говорит г-н Кобден, показало бы рабочим, что грязные, плохо проветриваемые, перенаселенные жилища не служат наилучшим средством сохранения здоровья и сил. Но с таким же успехом вы могли бы спасти человека от голодной смерти путем разъяснения ему, что законы природы требуют, чтобы человеческий организм постоянно поддерживался питанием. Образование, заявляет «Daily News», научило бы наш рабочий класс, как извлекать питательные вещества из сухих костей, как выпекать булочки к чаю из крахмала и как варить суп из отбросов.

Итак, резюмируем: золотые возможности, упущенные рабочим классом, заключаются в золотой возможности не вступать в брак, в возможности жить менее роскошно, не требовать повышения заработной платы, становиться капиталистами, зарабатывая 15 шиллингов в неделю, научиться поддерживать тело более грубой пищей и калечить душу вредоносными теориями Мальтуса.

В прошлую пятницу Эрнест Джонс посетил город Престон, чтобы выступить перед подвергнутыми локауту фабричными рабочими с речью по рабочему вопросу. К назначенному времени под открытым небом собралось не менее 15000 человек («Preston Pilot»[359] сообщает цифру в 12000), и прибывшему на митинг г-ну Джонсу был оказан восторженный прием. Я привожу некоторые места из его речи.

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Коренная Россия. Былины. Заговоры. Обряды
Коренная Россия. Былины. Заговоры. Обряды

Что мы знаем о духовном наследии коренной России? В чем его основа? Многие не задумываясь расскажут вам о православной традиции, ведь её духом пропитаны и культурные памятники, и вся историческая наука, и даже былинный эпос. То, что христианская догматика очень давно и прочно укоренилась в массовом сознании, не вызывает сомнений. Столетиями над этим трудилась государственно-церковная машина, выкорчевывая неудобные для себя обычаи народной жизни. Несмотря на отчаянные попытки покончить с дохристианским прошлым, выставить его «грязным пережитком полудиких людей», многим свидетельствам высокодуховной жизни того времени удалось сохраниться.Настоящая научная работа — это смелая попытка детально разобраться в их содержании. Материал книги поражает масштабом своего исследования. Он позволит читателю глубоко проникнуть в суть коренных традиций России и прикоснуться к доселе неведомым познаниям предков об окружающем мире.

Александр Владимирович Пыжиков

Культурология
Василь Быков: Книги и судьба
Василь Быков: Книги и судьба

Автор книги — профессор германо-славянской кафедры Университета Ватерлоо (Канада), президент Канадской Ассоциации Славистов, одна из основательниц (1989 г.) широко развернувшегося в Канаде Фонда помощи белорусским детям, пострадавшим от Чернобыльской катастрофы. Книга о Василе Быкове — ее пятая монография и одновременно первое вышедшее на Западе серьезное исследование творчества всемирно известного белорусского писателя. Написанная на английском языке и рассчитанная на западного читателя, книга получила множество положительных отзывов. Ободренная успехом, автор перевела ее на русский язык, переработала в расчете на читателя, ближе знакомого с творчеством В. Быкова и реалиями его произведений, а также дополнила издание полным текстом обширного интервью, взятого у писателя незадолго до его кончины.

Зина Гимпелевич

Биографии и Мемуары / Критика / Культурология / Образование и наука / Документальное
Повседневная жизнь средневековой Москвы
Повседневная жизнь средневековой Москвы

Столица Святой Руси, город Дмитрия Донского и Андрея Рублева, митрополита Макария и Ивана Грозного, патриарха Никона и протопопа Аввакума, Симеона Полоцкого и Симона Ушакова; место пребывания князей и бояр, царей и архиереев, богатых купцов и умелых ремесленников, святых и подвижников, ночных татей и «непотребных женок»... Средневековая Москва, опоясанная четырьмя рядами стен, сверкала золотом глав кремлевских соборов и крестами сорока сороков церквей, гордилась великолепием узорчатых палат — и поглощалась огненной стихией, тонула в потоках грязи, была охвачена ужасом «морового поветрия». Истинное благочестие горожан сочеталось с грубостью, молитва — с бранью, добрые дела — с по­вседневным рукоприкладством.Из книги кандидата исторических наук Сергея Шокарева земляки древних москвичей смогут узнать, как выглядели знакомые с детства мес­та — Красная площадь, Никольская, Ильинка, Варварка, Покровка, как жили, работали, любили их далекие предки, а жители других регионов Рос­сии найдут в ней ответ на вопрос о корнях деловитого, предприимчивого, жизнестойкого московского характера.

Сергей Юрьевич Шокарев

Культурология / История / Образование и наука
Паралогии
Паралогии

Новая книга М. Липовецкого представляет собой «пунктирную» историю трансформаций модернизма в постмодернизм и дальнейших мутаций последнего в постсоветской культуре. Стабильным основанием данного дискурса, по мнению исследователя, являются «паралогии» — иначе говоря, мышление за пределами норм и границ общепринятых культурных логик. Эвристические и эстетические возможности «паралогий» русского (пост)модернизма раскрываются в книге прежде всего путем подробного анализа широкого спектра культурных феноменов: от К. Вагинова, О. Мандельштама, Д. Хармса, В. Набокова до Вен. Ерофеева, Л. Рубинштейна, Т. Толстой, Л. Гиршовича, от В. Пелевина, В. Сорокина, Б. Акунина до Г. Брускина и группы «Синие носы», а также ряда фильмов и пьес последнего времени. Одновременно автор разрабатывает динамическую теорию русского постмодернизма, позволяющую вписать это направление в контекст русской культуры и определить значение постмодернистской эстетики как необходимой фазы в историческом развитии модернизма.

Марк Наумович Липовецкий

Культурология / Образование и наука