Читаем Том 7 (сборник) полностью

Но главным для Нади было все-таки то, что Витя стал ее добрым волшебником, который взял, да и воплотил ее заветную мечту в жизнь. Мечта же эта появилась у нее еще в детстве. Надя даже точно помнила, как и когда это произошло. Они с подругой, ученицы младших классов, возвращались из школы домой. Навстречу им попались две женщины. Они несли тяжелые авоськи с продуктами, в ручки которых их натруженные руки вцепились так, словно это была завоеванная в тяжелом бою добыча. На их грубоватых, не по возрасту морщинистых лицах читалось многолетнее раздражение. Обе были довольно полные и показались Наде очень неприятными. Женщины шли усталой развалистой походкой, и когда Наденька поравнялась с ними, то до ее слуха донеслось, как одна с горькой досадой и жгучей завистью говорила другой:

– И ты представляешь себе, их жены, не то, что мы, они не работают?! Во как! Во, какие у них мужики! Прикинь!

– Я-то прикидываю! Да только откуда ж таких мужиков-то взять? – недовольно буркнула другая.

Обдав Наденьку тяжелым запахом пота, женщины удалились, а сознание девочки пронзила мысль: для того, чтобы не превратиться вот в такую же усталую, замученную женщину, необходимо не работать! А для этого, по мнению Наденьки, требовалось не так уж много – просто удачно выйти замуж.

Но первый муж Нади, к ее большому разочарованию, не предоставил ей такой возможности. Да и вообще, этот тип быстро, буквально через несколько месяцев после рождения их дочери, куда-то исчез.

Зато с Витей все получилось именно так, как ей хотелось. Витя еще до развода с женой купил добротную квартиру, осуществил там дизайнерский ремонт, свил, можно сказать, семейное гнездышко. Туда он как-то вечером буквально внес Надю на руках. А уже чуть позже урегулировал все необходимые формальности своего бракоразводного процесса. Ну и, понятное дело, он никак не возражал, чтобы Наденька навсегда, как ей тогда казалось, оставила свою изнурительную и бестолковую работу Мысль о том, чтобы подыскать себе какое-нибудь другое, более интересное занятие или овладеть какими бы то ни было практическими навыками, позволяющими самостоятельно зарабатывать себе на хлеб насущный, с тех пор никогда не посещала ее беззаботную голову.

Ах, что за жизнь у нее началась! Сказка, да и только! Прежде всего, у ее Дашеньки появилась няня. А потом, когда Даша немного подросла, и по дороге на работу Витя сам стал забрасывать ее в школу – он же все равно на машине, – у Нади отпала неприятная необходимость утомлять себя ранними вставаниями. С тех пор Надя просыпалось часам к десяти. Затем, не торопясь, пила кофе со сливками и с клубникой. Далее могла посмотреть телевизор или почитать модный глянцевый журнал – узнать, как там обстоят дела у мировых знаменитостей: кто из них развелся, кто женился, кто приобрел самую дорогую в мире яхту, кто купил необыкновенно роскошную виллу, какой ни у кого больше нет, а кто усыновил дюжину беспризорных детей с чернокожего континента. У Нади появилась домработница, потом она ее уволила и пришла другая, которая не избежала судьбы первой. Потом были третья и четвертая… Они часто сменяли друг друга. Их достоинства и недостатки – кто-то из них подворовывал, кто-то плохо гладил или портил вещи, а одна так вообще заявила, что ей необходимо время от времени лежать на полу в гостиной, – являлись неиссякаемым источником для долгих оживленных дискуссий с новыми подругами, которые могли позволить себе иметь прислугу.

Постепенно перед Наденькой стал раскрываться необъятный мир престижных брендов – будь то украшения, одежда или домашняя утварь, – в который она радостно устремилась всем своим доверчивым детским существом. А любой мир – что слоеный пирог, и каждый слой тоже со своей иерархией. И для каждого уровня достатка обязательно находятся свои бренды, эти знаки отличия, при помощи которых люди с завидным постоянством демонстрируют друг другу свое превосходство.

Как и большинство людей, Наденьку не интересовали вещи, для нее совершенно недоступные, как, например, виллы, дорогие яхты или крупные бриллианты. И, соответственно, их отсутствие не вызывало у нее страданий. Зато она очень хорошо разбиралась в более доступных для нее предметах – марках одежды, посуды и, конечно же, телефонов, к приобретению которых всячески стремилась. И частые беседы на эту тему с более обеспеченными подругами подогревали эту пламенную страсть.

При этом Наденьке, не в пример многим ее изнывающим от безделья новым подругам, никогда не бывало скучно. Возможно, в том числе благодаря этой ее особенности веселый, легкий нрав ее с годами не иссякал. Вечером она встречала мужа с неизменной ласковой улыбкой на лице. В компании друзей все ее естество всегда излучало доброжелательность.