Этой интермедией, которая повлекла за собой еще разного рода личные объяснения между этими господами вые стен собрания и завершилась, наконец, удовлетворившими обе стороны заявлениями, прения закончились. Голосование происходило поименно. Французы и четыре-пять немцев голосовали с тессинцами, большинство немецких швейцарцев — против них; у Тессина было отнято право предоставления убежища, требования Радецкого были удовлетворены, был провозглашен нейтралитет любой ценой, и г-н Фуррер мог быть доволен собой и Национальным советом.

Таков швейцарский Национальный совет, где заседает цвет государственных мужей Швейцарии. Я нахожу, что от других законодателей они отличаются только одной добродетелью: большим терпением.

Написано Ф. Энгельсом 6 декабря 1848 г.

Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 165 и во втором выпуске № 165, 10 декабря 1848 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с немецкого

На русском языке публикуется впервые

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ

Кёльн, 7 декабря. Национальное собрание распущено. Представители народа разогнаны «божьей милостью».

К произведенному с такой наглостью государственному перевороту министерство в своей мотивировке этого акта насилия присовокупляет еще злейшую насмешку[96].

Национальное собрание пожинает теперь плоды своей длительной слабости и трусости. Оно дало возможность заговору против народа в течение ряда месяцев спокойно готовиться, усиливаться и окрепнуть — и теперь оно пало его первой жертвой.

Вместе с тем и народ искупает то, в чем он погрешил — из великодушия или, вернее, по глупости — в марте, затем в апреле и мае и, наконец, так называемым «пассивным сопротивлением». Теперь он получил урок, который, надо надеяться, послужит ему на пользу. Следующая его победа положит конец политике «соглашения» и всем прочим фразам и лицемерию.

Написано К. Марксом 7 декабря 1848 г.

Напечатано в «Neue Rheinische Zeitug» № 163, 8 декабря 1848 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с немецкого

БУРЖУАЗИЯ И КОНТРРЕВОЛЮЦИЯ

I

Кёльн, 9 декабря. Мы никогда не скрывали этого. Наша почва — не почва законности, а революционная почва. Теперь правительство, со своей стороны, отказалось от лицемерия законности. Оно стало на революционную почву, ибо и контрреволюционная почва является революционной.

В 6 закона от 6 апреля 1848 г. сказано:

«Будущим представителям народа должно принадлежать во всяком случае право голоса при издании всех законов, равно как установление государственного бюджета и право утверждения налогов».

Параграф 13 закона от 8 апреля 1848 г. гласит:

«Созываемое на основе настоящего закона собрание призвано установить по соглашению с короной будущую конституцию; на время своего существования оно пользуется правами бывших государственных сословий, в частности — правом утверждения налогов».

Теперь правительство прогоняет согласительное собрание[97] к черту, самовольно диктует стране soi-disant {так называемую. Ред.} конституцию[98] и само утверждает себе налоги, в которых ему отказали народные представители.

Прусское правительство оглушительным ударом покончило с кампгаузениадой, представлявшей собой нечто вроде торжественной Иобсиады законности [Rechts — Jobsiade][99]. Творец этой эпопеи, великий Кампгаузен, из мести продолжает спокойно оставаться во Франкфурте в качестве посла этого самого прусского правительства и интриговать с Бассерманами в интересах того же прусского правительства. Этот Кампгаузен, который изобрел теорию соглашения, чтобы спасти почву законности, т. е. чтобы прежде всего мошенническим путем лишить революцию подобающего ей почета, одновременно изобрел и мины, которые должны были впоследствии взорвать на воздух почву законности вместе с теорией соглашения.