ВОССТАНИЕ В БЕРГСКОМ ОКРУГЕ

Кёльн, 12 мая. Внимание всей Рейнской провинции приковано в этот момент к Эльберфельду, месту, где «знамя восстания» поднято сейчас более высоко, чем в любом другом рейнском городе. Роспуск палаты послужил сигналом к движению в столь мирном обычно Вуппертале. Самые глупые «нытики» и самые жалкие «ханжи» поняли, что реакция зашла слишком далеко в своих преступлениях, и, увлеченные энтузиазмом тех храбрых рабочих, в энергии которых мы никогда не сомневались, взялись за оружие и вступили в ряды баррикадных героев, решившихся на смертельную борьбу против монархии.

Сведения, получаемые нами с места боев, столь неточны, что невозможно отделить истину от лжи. Но все же представляется несомненным, что все население взялось за оружие, что улицы и дома забаррикадированы, что из соседних мест — из Золингена, Ремшейдта, Грефрата, из мест, расположенных в Эннепской долине, — словом, из всего Бергского округа спешно подходят вооруженные подкрепления. Повстанцы уже не ограничиваются занятием городов Эльберфельда и Бармена, а распространяют оборонительные действия и на важнейшие пункты в окрестностях.

Как уверяют, в план борющихся входит поспешить на помощь Дюссельдорфу, чтобы освободить этот город от прусских войск. Ландвер, который теперь впервые решительно сражается на стороне народа, играет в этих действиях главную роль. Снаряжения и денег у борющихся достаточно, так как многие очень богатые купцы охотно открыли свои кассы. Так, сообщают, что один только торговый дом передал эльберфельдскому Комитету безопасности 500 фридрихсдоров.

При таких условиях не приходится, естественно, удивляться, что наемные королевские войска готовятся к наступлению, чтобы и в Бергском округе учинить, по возможности, такую же жестокую расправу, как в Бреславле, Дрездене, Эрфурте и т. д. Будем надеяться, что на этот раз дело пойдет иначе.

Артиллерийский парк из Везеля будет направлен в Эльберфельд. Наступление назначено, по-видимому, на ближайший понедельник.

Мы не можем ручаться за эти известия. Но каковы бы ни были планы контрреволюции, Эльберфельду предстоит борьба, в которой он поистине может оказать важную услугу отечеству.

Написано 12 мая 1849 г.

Печатается по тексту газеты

Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 297, 13 мая 1849 г.

Перевод с немецкого

ПРОДАЖНАЯ НИЗОСТЬ «KOLNISCHE ZEITUNG»

Кёльн, 13 мая. Обращаем внимание наших читателей на последние номера «Kolnische Zeitung», в частности на ее сегодняшний номер (воскресенье, 13 мая).

Поистине, никогда еще «самая пошлая распущенность» не шла так тесно рука об руку с продажной низостью, как в последних передовых статьях и корреспонденциях нашей великолепной современницы.

Еще несколько дней тому назад мы видели, как на съезде рейнских муниципальных советов собственник «Kolnische Zeitung», г-н Йозеф Дюмон энергично высказался за принятые там решения. Сегодня мы видим, как тот же субъект, в лице своего холопа Брюггемана, в каждой строчке самым наглым образом выражает свою радость по поводу неудачи восстаний, явившихся результатом тех же решений рейнских муниципальных советов.

Но за это-то «Kolnische Zeitung» и имеет счастье быть октроированной рейнским городам в качестве единственной газеты — одновременно с осадным положением.

Поистине, этим городам октроируют одновременно кровь и — грязь!

Написано 13 мая 1849 г.

Напечатано во втором выпуске «Neue Rheinische Zeitung» № 297, 13 мая 1849 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с немецкого

«KREUZ-ZEITUNG»

Кёльн, 15 мая. Прусская газетка висельников {«Neue Preusische Zeitung» («Kreuz-Zeitung»). Ред.} доставляет нам особое удовольствие, подбирая непатриотические выражения «Neue Rheinische Zeitung» по адресу «императорско-русского вассала в Ольмюце» и «прусского рыцарского клоповника». При подборе этих выражений газетка ограничилась корреспонденцией из Бреславля, сопроводив ее под конец следующим взрывом возмущения ханжески-фривольной «рыцарши креста».

«В сравнении с этим Чимборасо дерзости бледнеет объявление о бракосочетании прусского короля, помещенное во французском «Moniteur» в 1793 году: «Le jeune tyran de Prusse vient d'epouser une demoiselle de Mecklenbourg!» {«Молодой тиран Пруссии только что вступил в брак с девицей из дома Мекленбург!» Ред.}».