Написано К. Марксом 30 января 1849 г.

Печатается по тексту газеты

Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 210, 1 февраля 1849 г.

Перевод с немецкого

На русском языке публикуется впервые

КАМПГАУЗЕН

Кёльн, 3 февраля. Из вполне надежного источника мы узнали, что перед открытием палат министерство Бранденбурга выйдет в отставку и что г-н Кампгаузен представится палатам при их открытии в качестве нового министра-президента.

Мы были уверены, что подготовляется нечто подобное, когда несколько дней назад здешние друзья этого ловкого государственного деятеля стали распространять слух, будто ему опротивела политика:

Он намерен-де поэтому снова удалиться в тихую домашнюю жизнь и ограничить свои размышления менее волнующей областью — спекуляцией маслом.

Каждому проницательному человеку должно было быть ясно: г-н Кампгаузен почувствовал потребность снова быть приглашенным для спасения короны и, «тронутый своим собственным великодушием», пожелал вторично сыграть с присущим ему достоинством роль «повивальной бабки конституционного трона».

Буржуазная оппозиция палаты будет торжествовать по поводу этой парламентской «победы». Немцы забывчивы и легко прощают. Та самая левая, которая в прошлом году выступала против г-на Кампгаузена, будет с благодарностью приветствовать его вступление в должность как великую уступку со стороны короны.

Но для того, чтобы народ не дал вторично обмануть себя, мы вкратце напомним наиболее замечательные деяния этого «мыслящего» государственного деятеля.

Г-н Кампгаузен воскресил похороненный 18 марта Соединенный ландтаг и достиг соглашения с ним о некоторых основах будущей конституции.

Г-н Кампгаузен тем самым достиг соглашения относительно почвы законности, т. е. косвенного отрицания революции.

Г-н Кампгаузен осчастливил нас затем косвенными выборами.

Г-н Кампгаузен вторично отрекся от революции, от одного из ее главных результатов, превратив бегство принца Прусского в путешествие с познавательной целью и призвав его вернуться из Лондона.

Г-н Кампгаузен организовал гражданское ополчение так, что оно с самого же начала превратилось из вооружения народа в вооружение одного класса, и противопоставил друг другу народ и гражданское ополчение как враждебные силы.

Г-н Кампгаузен в то же время допустил, чтобы старопрусская бюрократия и армия реорганизовались и с каждым днем становились все более способными подготовить контрреволюционные государственные перевороты.

Г-н Кампгаузен допустил достопамятные расстрелы шрапнелью почти совершенно безоружных польских крестьян.

Г-н Кампгаузен начал войну с Данией, чтобы дать выход чрезмерному патриотическому пылу и восстановить популярность прусской гвардии. Достигнув этой цели, он изо всех сил помогал провести во Франкфурте подписанное в Мальмё гнусное перемирие, что было необходимо для похода Врангеля на Берлин.

Г-н Кампгаузен ограничился отменой некоторых реакционных старопрусских законов в Рейнской провинции, но сохранил в неприкосновенности все полицейское законодательство прусского права во всех старых провинциях.

Г-н Кампгаузен первый стал интриговать против — тогда еще безусловно революционного — единства Германии, созвав, во-первых, наряду с франкфуртским Национальным собранием свой берлинский согласительный парламент, а затем всеми способами борясь против постановлений и влияния Франкфуртского собрания.

Г-н Кампгаузен потребовал от своего Собрания, чтобы оно ограничило свои учредительные полномочия только лишь «согласительными» полномочиями.

Г-н Кампгаузен потребовал затем от Собрания обратиться к короне с адресом, в котором оно признало бы это ограничение своих полномочий, — как если бы оно было конституционной палатой, которая может быть отсрочена или распущена по произволу.

Г-н Кампгаузен потребовал затем от него отречения от революции и даже превратил это в вопрос о доверии кабинету.

Г-н Кампгаузен внес в свое Собрание такой проект конституции, который мало чем отличается от октроированной конституции и который вызвал тогда всеобщую бурю возмущения.

Г-н Кампгаузен хвастался тем, что являлся министром посредничества, но это посредничество было не чем иным, как посредничеством между короной и буржуазией в целях совместной измены народу.

Г-н Кампгаузен, наконец, ушел в отставку, когда об этой измене полностью договорились и ее подготовили настолько, что она могла быть осуществлена на практике министерством дела и его констеблями.