Читаем Том 5. Драмы полностью

Том 5. Драмы

Ну, вот я и упал пред вами на колена:Скажите же — не правда ли — измена,Коварство очевидны… я хочу, велю,Чтоб вы ее сейчас же обвинили.Она невинна? разве вы тут были?Смотрели в душу вы мою?Как я теперь прошу, так и она молила.Ошибка — я ошибся — что ж!Она мне то же говорила,Но я сказал, что это ложь.

(Встает.)

Я это ей сказал.

(Молчанье.)

Вот что я вам открою:Не я ее убийца.

(Взглядывает пристально на Неизвестного.)

Ты, скорейПризнайся, говори смелей,Будь откровенен хоть со мною.О, милый друг, зачем ты был жесток.Ведь я ее любил, я б небесам и раюОдной слезы ее, — когда бы мог,Не уступил — но я тебе прощаю!

(Упадает на грудь ему и плачет.)

Неизвестный (отталкивая его грубо)

Приди в себя — опомнись…

(Князю)

УведемЕго отсюда… он опомнится, конечно,На воздухе…

(Берет его за руку.)

Арбенин!

Арбенин

ВечноМы не увидимся… прощай… идем… идем…Сюда… сюда.

(Вырываясь, бросается в дверь, где гроб ее.)

Князь

Остановите!..

Неизвестный

И этот гордый ум сегодня изнемог!

Арбенин (возвращаясь с диким стоном)

Здесь, посмотрите! посмотрите!..

(Прибегая на середину сцены)

Я говорил тебе, что ты жесток!

(Падает на землю и сидит полулежа с неподвижными глазами. Князь и Неизвестный стоят над ним.)

Неизвестный

Давно хотел я полной мести,И вот вполне я отомщен!

Князь

Он без ума… счастлив… а я? навек лишенСпокойствия и чести!

Конец

Два брата^*

Действие первое

Сцена первая

(Дмитрий Петрович в креслах; Юрий возле него на стуле, Александр в стороне стоит у стола и перебирает бумаги.)

Дмитрий Петров<ич>. Я думал, Юрий, что тебя совсем ко мне не отпустят. Признаюсь, умереть, не видавши тебя, было бы грустно — я стар, слаб — много жил, иногда слишком весело, иногда слишком печально… и теперь чувствую, что скоро бог призовет меня к себе — даже нынче, когда мне объявили о твоем приезде, то старость напомнила о себе… Не знаю, как перенес я эту последнюю радость.

Юрий. Я нахожу, батюшка, что вы вовсе не так слабы, как говорите.

Дм<итрий> Петр<ович>. А что мудреного?.. Александр, скажи-ка, уж не в самом ли деле я помолодел с тех пор, как он приехал.

Александр. Точно — вы никогда со мною не были так веселы, как теперь с братом.

Дм<итрий> Петр<ович>. Не пеняй, брат, не пеняй — ведь я с тобой всегда, а его сколько лет не видал (целует его). Ты, Юрий, точно портрет твоей покойной матери.

Александр. Да вот уж четыре года, как брат не был дома… И сам он много переменился, и здесь в Москве всё, кроме нас, переменилось… Я думаю, он не узнает княгиню Веру.

Юрий. Какая княгиня?..

Дм<итрий> Петр<ович>. Разве не знаешь!.. Веринька Загорскина вышла за князя Лиговского! Твоя прежняя московская страсть.

Юрий. А! так она вышла замуж, и за князя?

Дм<итрий> Петр<ович>. Как же, 3000 душ и человек пречестный, предобрый, они у нас нанимают бельэтаж, и сегодня я их звал обедать.

Юрий. Князь! и 3000 душ! А есть ли у него своя в придачу?

Дм<итрий> Петр<ович>. Он человек пречестный и жену обожает, старается ей угодить во всем, только пожелай она чего, на другой же день явится у ней на столе… Все ее родные говорят, что она счастлива как нельзя более.

Александр. Батюшка, что прикажете делать с этими бумагами?

Дм<итрий> Петр<ович>. После — до бумаг ли мне теперь.

Юрий. Признаюсь… я думал прежде, что сердце ее не продажно… теперь вижу, что оно стоило несколько сот тысяч дохода.

Перейти на страницу: